Подсказчик полностью

Компьютерная память никогда не опустошается полностью. Некоторые данные удалить практически невозможно, они остаются в памяти навечно. Миле кто-то говорил, что кремниевые микросхемы, вмонтированные в компьютер, действуют как человеческий мозг. Даже когда мы что-то забываем, у нас в голове есть группа клеток, удерживающая эту информацию и выдающая ее по мере надобности в виде если не образа, то хотя бы инстинкта. Не важно, помнит ли ребенок, когда он впервые обжегся, главное – это знание остается с ним, очистившись от всех биографических подробностей, и всякий раз предостерегает от опасности ожога. Мила думала об этом, в который раз глядя на свои забинтованные руки. По-видимому, у нее в мозгу информация отложилась неправильно.

– Здесь ничего нет.

Сокрушенный голос Розы вернул Милу к действительности. Компьютер оказался совершенно пуст.

Впрочем, Горана это не убедило.

– А в браузере?..

– Но он не подключен к Интернету, – сообщил Борис.

Однако Сара Роза поняла, к чему ведет криминолог. Схватив мобильник, она проверила уровень сигнала сети.

– Выход есть. Можно подключиться через телефон.

Роза мигом вошла в Интернет и открыла список адресов в браузере. Собственно, адрес был только один.

– Вот куда заходил Берман.

И она показала всем ссылку:

– Должно быть, это адрес засекреченного сервера.

– Это как понять? – спросил Борис.

– Ссылка просто так не откроется, надо знать пароль. Возможно, он заложен в компьютер, а если нет, нам будут вечно отказывать в доступе.

– Значит, надо соблюдать осторожность, по примеру Бермана, – сказал Горан и повернулся к Стерну. – Его сотовый у нас?

– Да, он у меня в машине вместе с его домашним компьютером.

– Ступай принеси.

Вернувшись, Стерн застал в комнате полное молчание – все с нетерпением ждали его. Он передал Розе сотовый телефон Бермана, и она подключила его к компьютеру. Связь установилась тут же, но какое-то время ушло на распознавание вызова: сервер обрабатывал данные. Затем быстро начал загрузку.

– Кажется, входим без проблем.

Все смотрели на монитор, ожидая изображения. Может быть все что угодно, думала Мила. Сильнейшее напряжение сплотило всех членов группы, как будто электрический заряд передавался от одного к другому. Казалось, в воздухе потрескивали искры.

Монитор принялся складывать пиксели, располагавшиеся на экране, словно кусочки пазла. Но сыщики так ничего и не дождались. Энергия, которая только что заполняла помещение, вмиг иссякла вместе с энтузиазмом.

Экран был черный.

– Должно быть, есть защитная система, – объявила Роза, – и она сочла наше вторжение незаконным.

– А ты замаскировала сигнал? – с тревогой спросил Борис.

– Ну конечно! – огрызнулась Роза. – Ты за дуру меня держишь? Но там, видимо, есть какой-то код или что-то в этом роде.

– Что-то типа логина и пароля? – спросил Горан, который тоже не понял, в чем дело.

– Что-то в этом роде, – рассеянно повторила Роза. И тут же пояснила: – Ссылка – скорей всего, для прямой связи. Логин и пароль уже не обеспечивают полной безопасности. Они оставляют следы и могут привести к пользователю. А тот, кто входил отсюда, хотел сохранить анонимность.

Мила до сих пор не произнесла ни слова, и эти разговоры ее раздражали. Она глубоко дышала и стискивала кулаки – так, что потрескивали суставы. Что-то не вписывается, но она никак не может понять что. Горан на короткий миг повернулся к ней, как будто его уколол ее взгляд. Мила сделала вид, что ничего не заметила.

Тем временем атмосфера в комнате все накалялась. Борис решил излить свое разочарование на Сару Розу:

– Раз ты знала, что доступ могут заблокировать, почему не воспользовалась параллельной связью?

– Что ж ты мне не подсказал?

– А что бывает в таких случаях? – полюбопытствовал Горан.

– Если система находится под защитой, проникнуть в нее нельзя!

– Давайте сменим код и еще раз попробуем, – предложила Роза.

– Ну ты даешь! – взвился Борис. – Там же миллионы комбинаций!

– Да пошел ты! По-твоему, одна я во всем виновата?

Мила продолжала молча наблюдать за выяснением отношений.

– Если у кого-то были идеи или советы, надо было раньше высказываться!

– Да ты же на всех кидаешься, стоит кому-то рот открыть!

– Оставь меня в покое! Между прочим, я тоже могу…

– А это что?

Фраза Горана упала, как перегородка между спорщиками. Тон его не был ни встревоженным, ни раздраженным, как могла бы ожидать Мила, и тем не менее он вмиг заставил обоих замолчать.

Криминолог указывал на экран компьютера.

Он уже не был черным.

В верхней части, на границе левого поля, появился знак:

– Ах ты черт! – воскликнул Борис.

– Так что это? – повторил Горан. – Кто-нибудь может мне сказать?

Роза опять села перед монитором и положила руки на клавиатуру.

– Мы вошли.

Остальные склонились над ней.

Индикатор продолжал мигать, как будто в ожидании ответа, но ответа пока не было.

– Мне кто-нибудь объяснит, что это значит? – Горан начал терять терпение.

Роза кинулась объяснять:

– Это дверь.

– То есть?