Химавари, понимая одиночество отца, желает помочь ему удовлетворить свои потребности.
========== … ==========
«Хочу, чтобы он снова был с нами рядом», — подумала Химавари, наблюдая, как быстро падает яркая звезда на ночном, усыпанном такими же звездами, небе. Она не сводит глаз с небес, умиляясь его красотой, ведь всегда любила гулять ночью, наблюдая за прекрасной природой в темных оттенках. Ей всегда нравился этот холодный ветер, раздувающий мягкие черные волосы, эти светлячки и мотыльки, летающие по улицам деревни, и конечно же, свет луны.
Девушка устремила взгляд небесно-голубых глаз на розовый циферблат.
— Пол двенадцатого, — выдохнула она, радуясь, что в такое время никого нет на улице. Она не любила одиночество, но порой приходится оставаться наедине, чтобы привести мысли и чувства в порядок, обдумать прошедшее и дальнейшие поступки.
Сегодня утро девушки началось как обычно: в семь утра, в каждое воскресенье, ее, как всегда, нежно разбудила мама, поцеловав в лоб. Это значило только одно — пора просыпаться, и относить отцу еду на целый день и сменную одежду. Химавари неохотно встала с кровати, проходя босыми ногами по полу, идя в ванную, попутно зевая и потирая сонные глаза. Девушка выросла красивая, очень похожая на свою мать в молодости: тонкая талия с плоским животиком, длинные ноги, подтянутая грудь достаточно большого размера.
***
— Вот, в этой сумке лежат продукты, а в этой — сменная одежда, — тараторила Хината, попутно докладывая в сумку с едой пакет с клубникой и парочку бананов, от которых Химавари была без ума.
— Там же остались еще бананы? — она любопытно попыталась заглянуть в холодильник, но дверка быстро захлопнулась.
— Нет, прости, — будто не зная о вкусах дочери, сказала Хината, отвернувшись к столу, ища что бы положить еще.
— Но… Тогда я возьму один, — Хрупкая рука потянулась в пакет, но была грубо остановлена.
— Еще чего! — Хината игриво выхватила пакет, прижав его к себе. — Даже не думай!
Так и прошло утро девушки, ничем особо не отличающееся от других воскресений, когда она была дома, а не на миссии. Далее, после того, как ее выпроводила мать, Химавари пошла гулять, предварительно оставив свои вещи в шкафчике супермаркета. За этот день она успела побывать в парке, в горячих источниках, и даже сходить в кино, а после, уже под вечер, придя сюда — во двор резиденции Хокаге.
— Папа, вроде, нейтрально относится к бананам, — грустно сказала, с печалью поглядывая на бананы, лежавшие в светло-голубом пакете. Она встала со скамейки, еще раз посмотрев на часы — ровно двенадцать.
— Пора идти, — пролепетала, взяв в хрупкие руки пакеты. Она всегда приходила к отцу в такое время, часто заставая его спящим. Делала это не потому, что избегала его, а потому, что ей нравилось гулять по ночам, а особенно, в таких крупных зданиях, как это.
Поднявшись вверх по ступенькам, а после пройдя длинный коридор, девушка тихо, без лишнего стука, открыла дверь, слыша, как она немного скрипнула.
— Блин, — прошептала она, заходя в кабинет. Как предполагалось — Наруто спал прямо на куче разбросанных бумаг, валявшихся на столе, который, по идее, должен был быть всегда чистым и аккуратным. «Кабинет Хокаге — лицо деревни» — так говорили многие, кто там никогда не был.
Девушка подошла к столу, положив возле него пакеты со всем необходимым, собралась уходить. Взгляд зацепился на бананах: Химавари прищурилась, пытаясь побороть желание, но желудок предательски громко заурчал.
«Уф… Ну, съем один. Мама не узнает, да и папа спит», — подумала, сев на колени возле папы и доставая банан из пакета.
— Ну, здравствуй, мой любимый, — она довольно улыбнулась, глядя на чищеный желтый фрукт. Девушка высунула язычок, начиная облизывать любимое лакомство, прикрыв глаза — так дольше тянула удовольствие, прежде чем съесть его. Она немного взяла его в рот, начиная сосать, ерзая зубами, ощущая вкус сильнее. Химавари настолько сильно увлеклась, что не замечала ничего вокруг.
— Привет, — тихо прошептал Узумаки, устало улыбаясь. Девушка сильно дрогнула, громко ойкнув, не ожидав, что отец проснется.
— Д-да… Привет, папа, — нервно поправила волосы, быстро вставая с колен. На лице высветился заметный румянец. Она быстро съела банан, выкидывая кожуру в урну.
«Надеюсь, он ничего не видел. Боже, какой позор», — она мысленно терзала себя за такую оплошность. Но, казалось, Наруто совсем ничего не видел.
— Садись, посиди со мной, — он указал дочери на стул возле себя, все так же устало улыбаясь. Он выглядел слишком потрепанным: белые волосы взъерошены, синяки под глазами, глубокие морщины по всему лицу, как будто ему было далеко за пятьдесят.
Химавари села, положив руки на стол, пытаясь состроить спокойный, и в то же время умный вид. Во рту чувствовался вкус банана, а сердце бешено билось от смущения, что не ускользнуло от отца.
— Ты не против, если я выпью? — он достал из шкафа начатую бутылку крепкого алкоголя и сел обратно в свое мягкое, но так надоевшее ему, кресло.
Хима закивала головой, переводя взгляд на портреты предыдущих Хокаге.
— Как у тебя дела на работе? — вдруг спросила после пятиминутной паузы, за которую Наруто успел опустошить половину бутылки.
