Действовала на автомате: перехватила его руку, выкручивая, не позволяя двигаться. И лишь когда справилась, наконец-то, засуетились громилы Котова, но он остановил рукой.
– Я сам! – не сказал, а процедил, тут же дергаясь, еще больше причиняя себе боль. – Успокоилась? Тогда отпусти, бешеная!
Оттолкнула мужика и направилась к машине, плюхаясь в водительское сиденье.
Кот приблизился, когда я закрыла дверцу. Он постучал костяшками пальцев по стеклу, давая понять, чтобы открыла.
Не хотела, но выхода у меня особо не было.
– Ты не забыла, на кого работаешь? – не спросил, а пропел. – Поиграть вздумала?
– Я не работаю, а выполняю условия договора. Не путай.
– Узнай, кто их информатор, – приказал он мне, чем взбесил.
– Для этого нужно работать в полиции. Не тупи.
Мужик наклонился и грубо процедил:
– Я терплю твой гонор…
– Потому что я твой зад прикрываю. И если дальше хочешь, чтобы оберегала на время нашего договора, то трубку бери. Ты меня подставил!
Мужик скривился, но кивнул, поспешно направляясь к машине, крича своим ребятам, чтобы собирались.
Я подняла стекло и рванула по разбитой тропе, выворачивая на основную дорогу. Что странно, Кот за мной не поехал, но машины исчезли.
Получается, там еще есть выезд.
Или зачищают хвосты?
Но так рисковать глупо.
Проехала три километра, когда впереди увидела машину Бесстрахова. За ним следовали три машины.
В тот момент, когда проезжали мимо друг друга, с силой вцепилась в руль, целенаправленно сосредоточившись на дороге. Переживала, что сейчас кинуться за мной, но все обошлось, машины проехали мимо. Я же даже не оборачивалась ни на секунду, хватило одного раза на мосту.
Еще бы знать… звонил он или нет.
Тут же вспомнила про Ольгу, поскорее набирая ее номер. Главное – не проколоться.
– Ты уже соскучилась по мне? – спросила она сонным голосом.
– Невероятно. Так что?
– Ждала твоего звонка. Бесстрахов отправил тебе сообщения. Несколько. В основном спрашивал, где ты.
– И где я? – уточнила, понимая, что в больнице меня точно нет. Это все легко проверить. Да и по каким документам?
– Ты не ответила ему. Вот такая безжалостная невеста…
– Что придумать? Нужно такое, чтобы поверил мне и не проверял.
– Скажи, что вышла и упала, но тебе помогла женщина.
– Например, ты, – предложила я.
– Тогда девушка, не нужно мне приписывать лишние годы.
– Хорошо. И что дальше?
– Я, конечно, врач, поэтому потащила тебя к себе.
– Ага, конечно, врач… – буркнула себе под нос.
– Почему нет? Скажу без лишней скромности, я королева льда. Знаешь, какие я создаю системы противодействия вторжению. О-го-го! Ледоколам не взорвать.
– Ледоколам?
– Угу. Ледокол – это программа, взламывающая или отключающая лед.
– Мне ужас как интересно, но все же давай по делу.
– В общем, я тебя притащила к себе, целебными травками напоила и спать уложила.
– Так ты врач или знахарка?
– Врач, так достовернее будет. Тогда таблетку дала с водой.
– Мне домой не возвращаться или нет?
– Возвращаться! Что за вопрос? У меня тут творческий беспорядок, и без приглашения никого не запускаю. Так что лучше дома отлеживайся. Скажешь, что как лучше стало, ты пошла к себе.
– Значит, творческий беспорядок? А на работе за каждое пятно рычишь на всех.
– Допустим, это входит в мои обязанности, – весело заявила она.
– И почему я не ответила на его звонки? Оглохла от болей в животе?
– Я помогала тебе, уложила отдыхать, а потом отключила звук.
– Окей.
– Только ты это, от машины избавься.
– Да вроде с мозгами, понимаю.
– Везде камеры. Брось со стороны пятиэтажки. Там дом скоро рухнет. Куда жильцам до камер?
– Хорошо, – согласилась с ней и закусила губу, вспоминая, как выходила. А если сейчас Андрей проверяет камеры? Как заходить? – Оль…
– Что?
– Можно попросить отключить камеры в нашем доме.
– Кристина, если что, это незаконно. Ты на что меня подбиваешь?
– Я понимаю, но сама посуди: по камерам видно, что выходил неизвестный в черном, а не я. Бесстрахов не дурак, да и по телосложению может прикинуть.
– Ладно. Поняла. Тем более там провайдер без особой защиты, я без проблем справлюсь. Удачи!
– И тебе… – сказала, поворачивая на мост, отключая телефон. Очень мне хотелось верить, что все будет хорошо, и Андрей не будет проверять.
А если все же начнет подозревать?
Что же… буду действовать по ситуации.
В халате с мокрой тряпкой на голове – именно так я предстала перед Андреем, как только он вошел в квартиру, скинув верхнюю одежду. Сосредоточенное строгое лицо сменилось теплой улыбкой, стоило ему увидеть меня. Он вошел и обнял за талию, прижимая к своей груди.
– Я так переживал… – услышала я его признание, произнесенное почти шепотом.
В этот момент остро ощутила, что ненавижу себя за обман и предательство. И что ужаснее всего, я ощущала, как мое сердце разрывается от боли, истекая кровью. Мне было небезразлично.
