— Наверное, — начала Эми и смутилась, заметив, что Доремус пристально смотрит на нее своими внимательными и добрыми глазами — Наверное, вам необходимо будет выяснить, кого же вчера видела Эльза.
— Да, этот мальчик здорово будоражит мое воображение, но на этот счет у меня пока нет никаких предположений. Однако сейчас самое главное — телефонные звонки, по- этому-то я и попросил Доремуса заехать к вам. Может быть, ему удастся разговорить Пэгги.
— О, это вряд ли, — засомневался Крэг. — Все утро напролет я понапрасну пытался успокоить ее и уговорить выбраться из этого домика на дереве.
— Домик на дереве, — повторил Доремус. — А где это?
— На заднем дворе. Там рядом с гаражом растет огромное дерево, я вам покажу.
— Не надо, я найду его сам. — Доремус сунул руки в карманы своей штормовки и не спеша направился к выходу.
Эми взглянула на Крэга, но тот лишь усмехнулся:
— Похоже, он чувствует себя, как дома, — заявил он, когда Доремус скрылся из виду.
— Я и раньше видела его в городе, — задумчиво произнесла Эми. — Значит, когда-то он работал следователем. Эх, кожа да кости. Но вообще ужасно милый. Интересно, Элен успеет его застать здесь?
Доремус приблизился к дереву и, вглядываясь в густую крону, медленно обошел вокруг мощного ствола. Под ногами шуршали опавшие листья.
— Эй! — позвал вдруг Доремус. Он снял солнцезащитные очки и, протерев их о рукав фланелевой рубашки, прислушался. Потом порылся в карманах, достал пластинку коричной жвачки и, развернув, засунул ее в рот. Доремус задумчиво изучал лестницу, приставленную к дереву. Наконец, он решился и начал карабкаться вверх, отчего ступеньки под ним жалобно заскрипели.
Лаз в домик был крохотный, рассчитанный на ребенка, и Доремус едва ли просунул бы туда даже плечи. Он заглянул внутрь и увидел Пэгги. Девочка забилась в дальний угол домика и, как затравленный зверек, уставилась на незваного гостя. Доремус тут же прикинулся, что его интересует не Пэгги, а ее необычное восхитительное сооружение.
— Потрясающе, — заявил он, прищурив глаза. — Чуть тесноват, правда. Если бы я строил на деревьях дома, я бы поднимал крышу немного повыше. И вообще сделал бы домик попросторней, чтобы хватило места и для моей собаки Она все время торчит на деревьях, вот я и подумал: хорошо бы и у нее была крыша над головой. Как ты считаешь?
Помолчав, Пэгги равнодушно возразила:
— Собаки не умеют лазать по деревьям.
— Большинство собак действительно не умеют лазать по деревьям. Но к моей это не относится.
Пэгги задумалась, почему в ее домике нет такой собаки. Однако объяснение этому прискорбному факту было моментально найдено:
— Мою собаку задавила машина.
— Как жаль.
Девочка выглянула из маленького окошка, которое находилось возле нее.
— Правда, это была ужасно непослушная собака, — сообщила она и вздохнула. — И еще она кусалась.
— Собаки не всегда кусают по собственному желанию, им частенько приходится это делать.
— Все равно она кусалась. А ваша собака кусается?
— Нет, она уже очень старая.
— А у меня есть… старый кот.
— А вот у меня никогда кота не было.
— И он тоже… непослушный. Он царапается.
— Коты тоже не всегда царапаются по своему желанию, — заметил Доремус. — Так же как и пчелы не всегда хотят ужалить.
— Нет… всегда! — воскликнула Пэгги, и по щекам ее заструились ручейки слез. — Ненавижу пчел!
— Иногда, Пэгги, это, правда, случается редко… пчелы сильно жалят людей на пасеке. И люди даже умирают от этого. Никто не знает, почему это происходит.
Пэгги не переставала всхлипывать.
— Это Майкл их заставил!
Ей так хотелось разрыдаться, но присутствие Доремуса удерживало девочку. Стиснув зубы, Пэгги вытерла слезы.
— А он тебе говорил, что заставит их, Пэгги? Он говорил, что доктора Бриттона будут жалить пчелы?
— Он сказал… что произойдет несчастье. И еще он сказал, что оно произойдет с Энди… Это он во всем виноват, это он все подстроил! Я ненавижу Майкла!
— А ты его хорошо знаешь? — осторожно закинул удочку Доремус. Он не торопил Пэгги с ответом и в то же время не допускал, чтобы та погрузилась в тягостные раздумья.
— Нет.
— А вот я знаю одного мальчика по имени Майкл — это Майкл Ландерс, кузен Арона. Ты с ним дружишь?
— Да, ему двенадцать лет.
— Правильно. Но ведь ты не с ним разговаривала вчера?
— Нет. Вчера был Майкл Янг.
— Это он тебе так сказал?
— Он сказал… что его зовут Майкл, и еще он сказал, что уже разговаривал с мамой. Я знала, кто это.
— Но раньше ты с ним не разговаривала?
— Нет, однажды я его видела. На школьной площадке. Но Майкл сразу же убежал.
— И даже не поговорил с тобой? — удивился Доремус.
— Нет, он просто… убежал.
— Мне бы очень хотелось его увидеть, — задумчиво произнес Доремус. — Ты ему это передашь, когда снова будешь с ним разговаривать?
— Я не хочу… я вообще не хочу с ним больше разговаривать, — вскричала Пэгги и замотала головой.
— Ну, он всего лишь маленький мальчик, Пэгги. И он никому не может сделать ничего плохого. Может быть, он вовсе не хотел тебя пугать. Ему плохо, потому что он один- одинёхонек на всем белом свете.
— Совсем-совсем один?
— Да, кто бы он ни был, мне кажется, что он очень одинок.
