– Откройте дверь, Зинаида Дмитриевна, – это был голос матери Дайнеки.
– Еще чего. Я сейчас полицию вызову!
– Откройте, – настаивала женщина. – Может быть, он что-нибудь знает.
Дверь внезапно распахнулась.
– Я ищу Людмилу.
– А ты кто такой будешь? – старуха приняла устрашающий вид.
Монгол на мгновенье замешкался.
– Ее близкий друг.
Неожиданно для него мать Дайнеки расплакалась.
– Проходи в комнату, – распорядилась старуха. – Меня зовут Зинаидой Дмитриевной. Ее, – она кивнула на плачущую женщину, – Людмилой Николавной, она – мать.
– Знаю.
– Пропала наша Людочка… Они убили ее…
– Типун тебе на язык, малахольная! – Зинаида Дмитриевна сердито отняла руки от спинки инвалидной коляски. – Подумала бы, собственную дочь хоронишь!
– Когда… – у Монгола пропал голос. – Когда она пропала?
– Вчера днем они подъехали к Серому дому, Ирина Закаблук вышла, а Людочка осталась в машине, – рассказала Людмила Николаевна. – Когда Ирина вернулась, ее уже не было.
– В полицию заявили?
– В тот же день.
– Отец ее прилетел, – вмешалась старуха. – А с ним еще один, энергичный такой парнишечка.
– Так… – Монгол вдруг понял, что опоздал, не успел защитить Дайнеку. Крестовский обманул его. Лицензия на убийство не залежалась. – Это несправедливо…
– Что вы сказали? – Людмила Николаевна с надеждой вгляделась в его лицо.
– Простите, мне трудно сейчас говорить. Я должен идти.
Монгол выскочил из квартиры и, не разбирая дороги, пошел прочь. Спустя несколько минут вспомнил, что машина осталась у дома, вернулся, сел за руль и резко тронулся с места.
Все недолгое время, что он ехал до железнодорожного вокзала, Монгол винил себя в смерти Дайнеки. Хорошо зная Крестовского, он не должен был ему доверять. Дайнеку не смогли найти в течение суток, и это говорило о многом.
Вытаскивая из камеры хранения сумку, он думал только об одном: отомстить, а потом, если придется, умереть. С гибелью Дайнеки его собственная жизнь потеряла всякий смысл. Он больше не дорожил ею.
В тот же день с помощью Воропая ему удалось сесть в самолет, зарегистрировавшись по чужому паспорту.
Впереди была Москва.
К полудню распогодилось. Вадим Николаевич Рак снял куртку и остался в одной футболке. Он сидел в своем любимом саду, под сенью зазеленевшей яблони. На столике перед ним лежал нераскрытый журнал, на обложке которого красовался он сам.
Рак был на удивление равнодушен к тому, что в солидном издании о нем напечатана огромная статья и хорошо отретушированный портрет помещен на обложку. Он склонился к Теодоро, который пригрелся у ног хозяина, и потрепал его за ухо.
– Что-то ты невеселый сегодня…
И действительно, пес выглядел неважно. Он безучастно смотрел перед собой, в его глазах появился характерный стеклянный блеск. Ветерок лениво перебирал вылинявшую рыжую шерсть.
– Лена… – хозяин негромко позвал жену, опасаясь потревожить занедужившую собаку.
– Слушаю… – Елена робела, как провинциальная школьница.
Вадим Николаевич внимательно посмотрел ей в глаза. Он чувствовал, с ней что-то происходит.
«
По большому счету ему было бы плевать, даже если бы у нее появился любовник.
«
На самом деле все шло к тому, что в доме Вадима Николаевича появится новая хозяйка. На этот раз он увлекся по-настоящему и не собирался тянуть.
– Так что Елену – в отстой… – пробормотал он, думая о своем.
– Что?.. – робко спросила она.
– Скажи, чтобы привезли ветеринара.
– Хорошо.
По ступенькам с веранды спустился личный помощник Рака.
– Вадим Николаевич, к вам Крестовский…
– Позови.
В сопровождении охранника появился Крестовский. Он шел неуверенной, зыбкой походкой.
«
– Ну, садись, рассказывай.
– Сегодня вечером подвеска будет у вас.
– Неужели?
Крестовский посмотрел на часы:
– В пять встречаюсь с Монголом.
– Он сам позвонил?
Крестовский насторожился:
– А почему вы о нем спрашиваете?
Вадим Николаевич наклонился и погладил Теодоро по спинке.
– Рано или поздно он избавится от тебя. Поэтому ты избавишься от него раньше. Заберешь подвеску, сумку с деньгами и – концы в воду.
– Сделаю. Решу этот вопрос радикально. Вот только закончу наше дело в Красноярске.
– Оно уже закончено, – невозмутимо произнес Вадим Николаевич.
– Хотите сказать, что… – начал Крестовский.
– …что проблема исчезла вместе с человеком, – продолжил вместо него Рак.
– Когда вы успели?
– Да вот… Смотрел-смотрел, как ты с сопливой девчонкой возишься. Решил помочь. И вовремя, до меня докатилось, что из самых верхов на меня выходить стали. Опасно было бы оставлять ее в живых. Хорошо, что вовремя отреагировали.
– И как вы ее… отреагировали?
