громить большевистскую организацию и не допустить установления в Одессе власти Советов. Сломить сопротивление объединенной контрреволюции можно было лишь силой оружия. И Одесская партийная организация готовилась к вооруженной борьбе.
В самый разгар подготовки к вооруженному восстанию против националистических и белогвардейских войск неожиданно возникла новая трудность. Часть сил и внимания Одесской большевистской организации в этот ответственный момент была отвлечена на обсуждение вопроса о «вольном городе».
Как возникла мысль об объявлении Одессы «вольным городом»? Кто и в чьих интересах выдвинул эту идею?
16 декабря на объединенном заседании президиумов Советов рабочих, военных и крестьянских депутатов, на котором обсуждался вопрос о власти в Одессе, выступил прибывший из, Киева представитель Центральной рады Голубович. Он намекнул: не спорьте о власти, объедините все общественные силы, подумайте о самоопределении Одессы, создайте в городе власть, опирающуюся и на Советы и на раду. Голубович подчеркнул, что Центральная рада, мол, тоже включает в себя Советы *.
Петр Старостин дал отпор Голубовичу.
— Если бы это было правдой, — говорил он, — то рада участвовала бы в работе II Всероссийского съезда Советов, не разоружала бы советские войска и красногвардейские отряды, не помогала бы царскому генералу Каледину душить Советы.
Не вступая в дискуссию о самоопределении, Старостин отметил, что раз предложение о самоопределении Одессы исходит не от Советского правительства, а от Центральной рады, то оно и выгодно ей.
* В действительности Центральная рада была образована в апреле 1917 года на конгрессе украинских буржуазных и мелкобуржуазных националистических партий.
Меньшевики, эсеры и националисты ухватились за высказанную Голубовичем идею. В газетах стали появляться заметки о «вольном городе», обсуждаться его «конституция», историки и экономисты начали разрабатывать условия самоопределения.
Среди большевиков мнения разошлись: П. Старостин, В. Юдовский были решительно против участия в буржуазной затее, другие, во главе с председателем общегородского комитета А. Хмельницким, высказывались за «вольный город», вместе с соглашателями участвовали в обсуждении подброшенной националистами «идеи», втягивали в это обсуждение рабочих, солдат, матросов.
На заседании президиумов Советов 23 декабря было утверждено специальное «Положение об Одессе — вольном городе». Создавался секретариат, который был правомочен решать все вопросы, в том числе военные и дипломатические, выпускать займы, облагать население налогами. Доходы поступали в распоряжение секретариата и Центральной рады. Высшие учебные заведения содержались Цент
'IQ В. Коновачов
145
ральной радой. Рада же должна была финансировать заводы, имеющие общегосударственное значение.
Положение о «вольном городе» зачитывал и обосновывал И. Орлов. Он утверждал, что самоопределение Одессы даст возможность быстрее устранить продовольственные трудности, уменьшить вмешательство Центральной рады в жизнь города. «Хотя мы и поступаемся некоторыми принципами Советской власти, но и в вольном городе другой власти, кроме Советов, не будет», — утверждал Орлов.
Петр Старостин возражал Орлову. Он считал, что при осуществлении предложенного проекта от Советской власти, в сущности, ничего не останется.
Против идеи «вольного города» выступил также большевик Фридрих Земит из латышской группы. Он заметил, что Совет занимается не тем, чем он должен заниматься в сложившейся обстановке.
— Жизнь идет мимо Совета, — говорил Земит, — массы теперь считают Совет говорильней.
Представитель моряков торгового флота большевик Н. А. Кремлянский утверждал, что не только Совет, но и политические партии плетутся в хвосте у масс.
С разоблачением маневра буржуазии выступал большевик К. Горелов. Он призывал рабочих к усилению борьбы за свои права, предложил прекратить переговоры с Центральной радой.
Все же большинством голосов объединенное заседание президиумов Советов утвердило «Положение о вольном городе Одессе».
