рытий вели огонь по всем, кто по-
являлся на бульваре.
Днем 15 января войска Цент-,
ральной рады заняли район Пуш-
кинской, Ришельевской и Екате-
рининской улиц вплоть до Поли-
цейской и продолжали наступле-
ние по Канатной. Сказывался
большой перевес сил врагов рево-
люции.
Одесский комитет большевиков
обратился к коммунистам и всем трудящимся с воззвани-
ем: «Революция требует баррикадных бойцов. Все силы,
все средства отдайте на защиту Советской власти. К ре-
волюционной стойкости и дисциплине!»
Уличные бои оказали влияние на команду «Памяти Меркурия». Около двух часов дня в Румчерод прибыла делегация с крейсера и сообщила о своей готовности поддержать Советскую власть.
После полудня стали распространяться слухи, что гайдамаки согласны заключить перемирие, если матросы уйдут на свои корабли. Вскоре с таким предложением на «Алмаз» прибыло два парламентера. Кривошеев сообщил им, что в Одесский комитет доставлен ы секретные документы, обнаруженные в штабе округа и в других захваченных революционными отрядами учреждениях Центральной рады, из которых явствует, что контрреволюционное офицерство вместе с одесскими главарями Центральной рады договорилось о ликвидации Советов, уничтожении большевиков и восстановлении старого режима. Поэтому мирные переговоры, объяснил Кривошеев, возможны толь
ко после разгрома офицерско-юнкерских частей и ареста руководителей Одесской рады.
Офицерские отряды вечером 15 января, поддержанные артиллерийским огнем гайдамаков, продвинулись дальше в центр города. Сложилась такая обстановка: порт, часть территории от порта до Полицейской улицы, а также рабочие окраины — Пересыпь, Слободка, Молдаванка, Ближние и Дальние Мельницы, находились в руках Красной гвардии и матросов. Гайдамаки, офицеры и юнкера занимали район Александровского парка и часть города от Полицейской улицы до Среднего Фонтана.
15 января было самым критическим днем. В ходе боев контрреволюция добилась заметных успехов. Командование гайдамацких частей уже подготовило воззвание к оттесненным к порту вооруженным отрядам рабочих, предлагая им сложить оружие и разойтись по домам, а матросам вернуться на свои корабли.
Вечером оперативный штаб принял решение снять легкие орудия с кораблей, поставить их на деревянные лафеты и передать сражающимся отрядам. Если гайдамаки и офицеры будут продолжать обстреливать рабочие и матросские отряды из артиллерии, то открыть по контрреволюции огонь из судовых батарей.
Представителям команд «Алмаза», «Синопа» и «Ростислава» Кондренко сообщил о провокационных слухах, распространяемых контрреволюционными агентами с целью разобщить моряков и красногвардейцев. Так, к вечеру 15 января по городу поползли слухи, будто матросы ведут переговоры с гайдамаками и хотят за спиной Красной гвардии сговориться с ними. Различные темные личности распространяли среди гайдамаков клеветнические измышления о том, что матросы якобы срывают портреты великого украинского писателя Т. Г. Шевченко, уничтожают украинские книги и т. д.
Провокационные измышления о матросах были направ
175
лены к тому, чтобы поднять боевой дух гайдамаков. Следовало разоблачить клевету и доказать, что матросы не имеют никаких других интересов, кроме интересов трудового народа и ни на какой сговор с контрреволюцией не пойдут.
Совещание моряков утвердило предварительные условия мирных переговоров с гайдамаками. Военные моряки заявили, что они согласятся вести мирные переговоры лишь при таких условиях:
Части Центральной рады обязаны возвратиться в свои казармы. Весь командный состав должен быть арестован. Каждая сотня избирает по два рядовых солдата и направляет их на «Алмаз» в оперативный штаб для выработки окончательных условий о мире. Устанавливается контроль на железной дороге с тем, чтобы ни один контрреволюционер не смог безнаказанно уехать из Одессы. Гайдамацким куреням или присоединиться к рабочим и матросам или, в крайнем случае, соблюдать нейтралитет.
Полный текст этих условий был немедленно отправлен в редакции «Голоса революции», «Голоса пролетария» и других одесских газет. На следующий день, 16 января, эти условия под заголовком «Ультиматум моряков» были опубликованы.
Как только в Одессе начались баррикадные бои, местные эсеро-меньшевистские лидеры заявили о создании так называемого «Нейтрального центра». Инициаторами этой затеи были левые эсеры, входившие в Румчерод. С утра 15 января в Крымскую гостиницу около Сабанеева моста, где обосновался «Нейтральный центр», потянулись представители всех многочисленных соглашательских организаций и перепуганные обыватели самых различных политических оттенков. На дверях гостиничных номеров появились наскоро написанные таблички: «Социал-демократы-меньшевики», «Социалисты-революционеры-максималисты», «Паолей-ци- он», «Бунд», «Партия мирового рассвета» и другие. s
