- Запомни, Кей, бояться не стыдно. Более того, если ты считаешь себя бесстрашным, то глуп. Когда мне было пятнадцать, я проводил лето на севере в имении моей семьи. В тех землях вспыхнуло восстание – люди были недовольны властью. Они собрались огромной толпой и направились жечь имения. Не тех, кто был перед ними виноват. Всех. Я не говорю, что мои родители были святыми – они мною, откровенно говоря, не занимались, и я жил у бабушки, а к ним приезжал на месяц или два. И вот в один из редких приездов это и произошло.
Повисла пауза. Кей боялся дышать, чтобы не спугнуть рассказ. Наконец, Денни продолжил:
- Они окружили наш дом. Я в окно спальни видел, как горят факелы, и чувствовал запах гари. Родители приказали мне не спускаться, не выходить, что бы ни случилось. И знаешь, мне было страшно. Очень страшно! У меня тряслись колени, зуб на зуб не попадал. И я казался себе жалким. А потом… Потом люди ворвались в наш дом, и это был мой первый бой. Первый, но не последний.
- Ты сражался? – спросил Кей, затаив дыхание.
- Да. Люди, которым я ничего не сделал, очень хотели меня убить. А я не собирался умирать и сражался. Потом неделю не спал, снились их лица.
- Ты их убил?
- Одного да. Других ранил. Но ту атаку мы отбили. Потом выяснилось, что у мятежа были зачинщики, и совсем не простые люди – просто те, кто претендовал на наши земли. Но это было потом, а тогда я понял, что страх – это нормально, пока ты готов не поддаваться ему. Бойся, но не позволяй страху тебя победить.
- Спасибо, - прошептал Кей.
- За что? – В голосе Денни послышалась усмешка. – Я всего лишь рассказал тебе историю из бурной юности. Их у меня много. Хватит до самого отъезда королевских пешек.
- А ты бывал при дворе? – решился спросить Кей.
- Бывал. Мерзкое место. Больше не жажду. Впрочем, не думаю, что при дворе Эффорта лучше.
- Почему? – встрепенулся принц.
- Власть есть власть. Кого-то опьяняет больше, кого-то меньше. Кого-то, как его величество Бертрана, и вовсе лишает головы. Не могу сказать плохого о твоем отце, но в войне всегда есть две стороны, и если уж она начинается, и причины есть с обеих сторон. И вина. И своя правда.
Кейлин затих, обдумывая слова Денни. Признаться честно, он за минувшие дни не воспринимал этого человека всерьез. Тот казался легкомысленным выпивохой, любителем женщин и приключений. А сейчас Кей понял, что ошибся. Все подтрунивания Денни не оттого, что он желал посмеяться над принцем, нет. А потому, что Денни таков в общении. Наверное, это помогло ему узнать Кейлина получше, сделать свои выводы о нем. А вот сам Кей уже понимал, что все еще не знал, какой человек перед ним. Чего он добивается, почему оказался рядом с Валенсией. У Кейлина было слишком много вопросов, на которые он и не надеялся получить ответы. Просто сидел и думал, думал…
Ровно до того момента, как снаружи раздался шум. Даже приглушенный стенами и закрытой дверью, он был явственно различим.
- Тихо, - шепнул Денни, поднялся на ноги и подошел к запертой двери.
Ленси тоже встрепенулась, но Кей быстро приложил палец к ее губам, призывая молчать, а сам поднялся на ноги и замер рядом с Денни.
- Говорю вам, у старины Кима лучшее вино далеко не у входа, - раздался мужской голос.
- Скверно дело, - пробормотал Денни. Голос он, похоже, узнал.
- Эй, а где дверь? – Видимо, и говоривший прекрасно знал этот особняк и его обитателей. – Тут же дверь была. Вы зачем заставили ее бочками?
- Помещение за ней пустое, - ответил слуга.
- Что значит пустое? Мы с Кимом не раз в нем бывали, там вина хватит на годы вперед. Убирайте!
Денни помянул Рат. Кей готов был призвать магию, чтобы убить того, кто стоял за дверью. Ленси жалась к нему.
- Спокойно, - прошептал Денни. – Если этот тип пропадет, его будут искать. И не успокоятся, пока не найдут. А он во дворце не один. Будьте здесь, я пойду к ним.
- Что? – оторопел Кейлин.
- Побеседую со старыми знакомыми. Ни шагу отсюда!
И Денни подошел к противоположной стене. Он нажал на камни, и открылся еще один проход. Куда он вел, Кей предугадать не мог.
- Я вернусь за вами, когда будет безопасно, - пообещал мужчина. – Но если не вернусь, вас выпустят слуги. Если же и они не придут, второй кирпич справа, третий слева. Только не торопись открывать проход.
И исчез из виду, а стена встала на место.
- Это безумие какое-то, - пробормотал Кейлин, снова припадая ухом к запертой двери. Было слышно, как двигают бочки. И вдруг все стихло. Что же там произошло? Оставалось только догадываться и ждать.
***
Я не испытывал особого желания встречаться со старыми знакомыми, однако голос одного из наших гостей узнал. Он был парнем пронырливым. А еще не привык отступать, что могло угрожать нашей безопасности и свободе. Да, я не собирался громогласно заявлять о своем возвращении, но выбора у меня не осталось. Поэтому оставил Кейлина и Валенсию в винном погребе, а сам, пользуясь коридором, обошел здание и подошел к боковой двери. Когда снова спустился в подвал, солдаты пытались откатить бочки от двери в убежище моих временных подопечных.
