Табор. Этот небольшой южночешский городок связан с героической деятельностью замечательных борцов против эксплуататоров, за свободу и независимость Чехии — таборитов. Табориты первыми в мировой истории предприняли решительную попытку уничтожить феодальный строй. Подвиги таборитов составили замечательную страницу гуситского революционного движения. Гордое имя таборитов навсегда вошло во все языки мира как символ верности народному делу.В книге Б. Т. Рубцова рассказывается о доблестных воинах таборитах, о их блестящих победах, о их славных полководцах Яне Жижке, Микулаше из Гуси, Яне Рогаче, Прокопе Великом и других.Книга иллюстрирована рисунками выдающегося чешского художника М. Алеша и средневековыми миниатюрами.
Но в это воскресною утро проповедь совершенно не походила на церковную. Разжиревшие пражские толстосумы с ужасом прислушивались к ней, негодуя в душе на смелого проповедника… Разве не преступление, что этот проклятый Ян из Желивы — и что только находят в нем эти нищие оборванцы, заполняющие сегодня церковь, — дерзнул избрать для своей нечестивой проповеди слова писания о неправедном правителе?.. В такое смутное время следовало бы обратить души к престолу господню… И если уж касаешься земного правления, то вспомни слова апостола Павла: «Всякая власть от бога!..» Нет, послушайте только, что говорит этот безумец! Ведь он призывает к восстанию против самого короля!..
По-иному воспринимал слова Яна простой народ. Люди, заполнившие задние ряды скамей и проходы между ними, стоявшие во дворе церкви, жадно ловили слова молодого проповедника. Было тихо как никогда. Казалось, все замерли в немом молчании. Каждый из этих простых людей не раз задумывался над тем, о чем сейчас убежденно и страстно говорил проповедник, но теперь они понимали, что не каждый сумел бы сказать об этом так ясно и просто. Настало время мести — давно настало, и близок день, когда кара народная падет на идолопоклонников. Ведь король — кто этого не знает — чаще видит дно чаши, чем переплет библии. Он такой же грешный человек, этот король, как и все прочие грешники, и ему уготовлена та, же участь, что и всем им…
А слова проповедника уже заполнили весь храм: «О братья, говорю вам, что настал час, когда на головы нечестивых надет месть и власть перейдет в руки верных. О, если бы Прага стала ныне образцом для всех в Чехии и в Моравии, в Венгрии и в Польше, для немцев и для австрийцев!..»
Отзвучала проповедь и опустел храм. Люди выходили на улицу, но не расходились по домам. И вот началось то, к чему так страстно звал в своей проповеди Ян Желивский. Народ всколыхнулся и двинулся по улицам Праги. Впереди шел проповедник Ян. Толпа росла. Старики и подростки, мужчины и женщины, те, кто имел домишко и мастерскую, те, кто не владел ничем, кроме кожаного передника да пары жилистых рук, — все были в этой грозной лавине. Пражанам было хорошо известно, что сборища и уличные шествия запрещены, что ослушникам грозит жестокое наказание, но никто не колебался. Все чаще раздавались возмущенные выкрики. То там, то здесь мелькало оружие.
Грозное народное шествие двигалось к городской ратуше. Пражане знали, что в ее мрачных застенках томятся их братья. Одни из них попали в сырую темницу за то, что призывали к борьбе за свободу, другие за то, что изобличали пороки духовенства; третьи — за неповиновение городским властям. Кто знает, каким пыткам подвергали их палачи? И не завтра ли выведут их на казнь?
И вот — вход в ратушу. Тяжелые дубовые двери пропустили проповедника Яна, с ним прошло несколько человек. В зале верхнего этажа в это время шло заседание.
Правители города, оправившись от первого испуга, встретили народных посланцев издевательским смехом и угрозами. И тут наступил конец долго сдерживаемому терпению народа. Толпа, стоявшая перед ратушей, выломала ворота. С гневными возгласами ворвались народные мстители в здание ратуши. И вот уже в выбитом сильным ударом окне мелькнуло жирное, перекошенное смертельным страхом лицо одного из «отцов города». За ним из окна полетел второй, третий… Стоящие на площади дружно приняли их на копья… Над встревоженной столицей поплыли мерные, удары колоколов. Набат гудел, призывая всех верных сынов Чехии к священной борьбе за правое дело.
Так в Праге началось великое революционное выступление чешского народа. Но оно не ограничилось одной столицей, а вскоре распространилось на всю страну. Эта отважная борьба затянулась на много лет и навсегда стала одной из славных страниц героической истории Чехии. Она заняла достойное место в истории революционной борьбы народов Европы. Но прежде чем рассказать о ней, постараемся ответить на вопрос: чем же был вызван этот великий взрыв народного гнева?
Пожалуй, ни в одной стране Европы к началу XV в. противоречия между эксплуататорами и эксплуатируемыми не достигли такой остроты, как в Чехии. Усилиями многих поколений чешских крестьян были расчищены вековые леса, и на их мосте раскинулись обширные поля и цветущие сады. Высоко поднимались башни городских стен, за которыми жили и трудились многочисленные ремесленники, известные своими изделиями далеко за пределами страны.
