ЯПОНСКОЕ МОРЕ. Страшную картину увидели аквалангисты на дне моря: дно было завалено сотнями тысяч погибших селёдок! В толще воды плавали и живые сельди, но были они какие-то вялые и сонные. Они подпускали к себе вплотную, и их можно было брать руками. Рыболовы черпали сельдей сачками прямо из моря. Груды рыбы были собраны ими на берегу. Сельди лежали повсюду как... селёдки в бочке!
Погибли сельди не от хищников, не от болезни, а от того, что случайно попали из тёплого течения в холодное. Морские течения — это реки без берегов. Есть реки тёплые, есть холодные. В тёплых живут рыбы теплолюбивые, в холодных — холоднолюбивые. Но реки, бывает, и на земле выходят из берегов; тем более просто отклониться в сторону "реке", у которой нет берегов. И вот тёплое течение столкнулось с холодным, стаи теплолюбивых сельдей окунулись в ледяную воду. Окунулись и погибли.
Река Муни
Подводный охотник нырнул в африканскую реку Муни. Это был первый подводный охотник на этой дикой реке. Уж тут-то не помешают ему другие охотники: пусть полощутся в надоевших водах у пляжей! Его же ждут неведомые встречи и приключения.
Но первое, что он увидел в воде дикой реки, были... ласты другого подводника! Они мелькали перед ним в мутноватой воде. И хоть бы был ещё взрослый охотник, а то, судя по ластам, плыл какой-то малыш первоклассник.
Настроение сразу испортилось: какие уж тут неожиданные встречи, если в реке плещутся малыши?
Но что-то странное было в ластах и движениях мальчугана. Ласты невиданной конструкции — пятипалые. И дрыгает он ими не по-пловцовски. Охотник наддал и догнал пловца. Вот уже видны ноги, живот и голова — лягушки! Впереди него плыл не мальчишка, а огромная невиданная лягушка. Лягушка-голиаф: длиной в метр, а весом килограммов в пять. А под водой-то она показалась ещё больше, вода ведь увеличивает в полтора раза.
Охотник очень обрадовался, хоть лягушка ему была ни к чему. Но какова встреча!
ПОСЛОВИЦЫ И ПОГОВОРКИ
За зиму и щука пиявками обрастает.
Рыба ищет, где глубже, подводник — где рыба.
Ищи леща у хвоща, ёрша — у камня.
Рыба в реке — не в ухе.
Два голодных людоеда (рассказ-загадка)
Два людоеда качались в лодке. Вдали виднелся пальмовый островок. На белый пляж накатывались зелёные волны. На рифах гремел прибой. Людоеды мечтали.
— Самое вкусное, что я когда-нибудь ел, — это жареный император! Жарить надо на вертеле, но можно и в золе. — Людоед пососал грязный палец и продолжал: — Не плох и суп из генералов и адмиралов!
Второй людоед начал сердиться.
— Замолчи! — прохрипел он. — Ну что ты завёл разговоры о еде? Адмиралы, генералы... Да попадись мне сейчас хоть старший сержант, мичман или, на худой конец, лоцман, я бы их, кажется, живьём съел! Третий день ни крошки во рту...
— А ещё хорош шашлык из монаха! — не унимался первый. — Или салат из отшельников и богомолов. Мясо нежнейшее, само во рту тает! Можно, конечно, и кардиналов на костре испечь, да уж больно мелки: с полсотни надо, чтоб только червячка заморить...
— Ты замолчишь или нет! — взвыл второй. — Греби скорей к берегу, может, на пляже хоть скрипача захудалого схватим или под пальмами вора поймаем! Хоть оскому для начала сбить...
Лодка развернулась, и вёсла вспенили воду.
Но ведь в наш век нет людоедов!
Кто же тогда эти двое в лодке?
НАРИСУЙТЕ
Нарисуйте, пожалуйста, как вы представляете себе:
МОРСКУЮ КАПУСТУ,
МОРСКОЙ ОГУРЕЦ,
МОРСКОЕ ПЕРО,
МОРСКУЮ УТОЧКУ,
МОРСКУЮ ЛИЛИЮ
и
МОРСКОЙ ГРЕБЕШОК.
Нарисовали? А теперь сравните свои рисунки с рисунками в разделе "Отгадки" (в конце книги)
СЕНТЯБРЬ
Вода остывает, становится прозрачной. Без гидрокостюма в воду уже не нырнёшь.
Дно у берегов в конце месяца — как разноцветный паркет из утонувших жёлтых, красных и бурых листьев. И подводное небо в листьях, будто выложено мозаикой. В такие тёмные заливы с разноцветным полом и потолком любят заплывать рыбы: мирные — укрыться, хищные — затаиться. А то ведь водоросли поблёкли и поредели, прятаться в них стало трудно.
Рыбы, как птицы перед отлётом на юг, сбиваются в стаи. Стаи подбираются по росту и силе: мальки с мальками, старики со стариками. Чтоб быть соседу не по зубам. Сосед не посмотрит, что ты одной с ним породы!
Но путь рыбьих стай не на юг, а в глубину.
В чистых речушках на перекатах нерестится форель.
Налим отходит от летнего отупения: ночи напролёт рыскает у берегов. А щука хватает всё: мягкое и колючее, в чешуе, в шерсти и в перьях — лишь бы схватить, лишь бы пролезло в глотку.
На дно
Хорошо водяным птицам: поднимутся осенью на крыло и улетят в тёплые страны. А как спастись от зимы водяным растениям?
Птицы улетают, а растения... тонут. Тонут в "тёплые края" — на дно. Ведь в глубине, как и в тропиках, никогда не бывает морозов.
Опускаются на дно семена
