Дарби встала, собрала тарелки, вытерла стол. Зейн пошел вслед за ней, глядя, как она наводит порядок.
– Знаешь, – начал он. – Мы ведь так и не обсудили тот поцелуй возле стадиона.
– А надо?
– Думаю, да. Ты мой клиент, я твой. Поцелуй, кажется, обнуляет наши сделки.
– С этим, пожалуй, соглашусь.
– Мы выяснили, что оба взрослые люди. Я симпатичный парень с крутой фамилией, а ты сексапильная и умеешь носить шорты.
– Так и есть.
– Может, как-нибудь выпьем, поужинаем или посмотрим кино? И все такое…
Дарби повернулась к нему, прижимаясь спиной к столу.
– Ты дважды угощал меня пивом, а еще пиццей и булочками с корицей. Это с лихвой покрывает любой ужин.
– Рад, что ты так думаешь. Тогда кино?
– На кино, возможно, соглашусь. Мне интересно, что имеется в виду под «все такое».
Зейн подошел ближе, глядя Дарби в глаза. Да, кажется, ей и впрямь интересно. Еще она явно над ним забавлялась.
– У меня подписка на «Нетфликс» и уйма премиальных каналов. Думаю, найдем подходящий фильм.
– А попкорн у тебя есть?
– Есть. Для микроволновки.
– Заманчиво.
Особенно когда Зейн обнял ее за бедра: как тогда, возле стадиона.
– С удовольствием посмотрела бы фильм и, подозреваю, оценила бы «и все такое». Но…
Зейн, тянувшийся за поцелуем, замер на полпути.
– Так… а вот это мне не нравится.
– Я грязная, – напомнила Дарби. – А ко «всему такому» хотелось бы перейти, когда буду чистая и прилично одетая.
– Можешь зайти в душ. И у тебя очень приличные шорты. Особенно круто они смотрятся с ботинками.
– Спасибо, крайне великодушно с твоей стороны. Давай так. Если у тебя на завтра нет планов, я могу принять душ у себя дома, и часов в девять посмотрим кино. А потом, если будет настроение, попробуем «все такое».
Зейн всегда был за переговоры.
– В половине девятого. Сперва выпьем пару коктейлей.
– О-о-о, коктейли. Забавно. Надо будет приодеться.
– Ладно. Какой фильм?
– Ну, поскольку это будет прелюдией, то ничего унылого. Приличный ромком или приключенческий боевик.
– У тебя определенно есть деловая хватка.
Зейн наклонился к ней за поцелуем, а Дарби потянулась навстречу, обхватив его за шею и приподнявшись на цыпочки. Зейн почувствовал, как проваливается в нее, словно в озеро жарким летним днем.
Его захлестнуло жаждой, и он провел руками по всему телу, запечатлевая в памяти изгибы.
Дарби подалась еще ближе, самую малость.
Он отстранился, унимая дыхание, она накрыла рукой его щеку, и оба сердца забились в одном такте.
– Может, мне нравится, когда моя женщина грязная…
– Господи… – Дыхание, удивительно прерывистое, обожгло ему губы. – У нас ведь был такой хороший план. Если передумал, постарайся меня уговорить.
Зейн снова поцеловал ее, выпуская на волю жар и голод. Опять обхватил Дарби за бедра, но на сей раз она подпрыгнула, обнимая его ногами за талию.
– Убедил. – Издав гортанный звук, Дарби прикусила кожу у него на шее. – Ты пахнешь намного лучше меня. Кажется, мне все-таки надо в душ.
– Потом.
– Ладно, – пробормотала она, позволяя унести себя в глубь дома. – Но у меня много работы с документами.
– У меня тоже.
Зейн остановился у подножия лестницы, привел еще пару убедительных аргументов в виде поцелуев и понес ее наверх.
– Обожаю твой дом. Я бы, наверное, переспала с тобой только затем, чтобы увидеть, как ты обставил другие комнаты.
– Кто бы говорил…
Дарби рассмеялась, уткнувшись носом в его шею, но снова вскинула голову, когда Зейн пронес ее сквозь распахнутые двери хозяйской спальни.
– Господи, какая красота!
– Потом проведу экскурсию.
– Ой нет, не клади меня на постель! Я же грязная…
– Я сейчас тебя раздену. В шкафу есть запасные простыни.
Зейн повалил Дарби на кровать и сам упал рядом. Схватил ее за руки и набросился с поцелуями, словно оголодал.
Потому что он и впрямь умирал с голоду. Дарби раздразнила его аппетит с первого взгляда, заинтриговала с первого разговора и чуть не прикончила на стадионе.
Теперь он мог попробовать ее сполна.
У нее были крепкие, сильные руки. Гладкие и мягкие губы. Резко очерченные скулы, тонкая кожица под подбородком, нежная, будто атлас, шея. Подтянутые мышцы, податливая грудь.
Дарби словно была соткана из завораживающих контрастов.
Зейн стянул с нее рубашку; Дарби, не теряя времени, ответила тем же. Голая кожа, обнаженные тела… Она провела руками по его груди и выдохнула:
– М-м-м… да…
Зейн хотел взглянуть на нее, просто полюбоваться, но не мог унять руки. Избавив Дарби от спортивного бюстгальтера, тоже успел подумать «М-м-м, да» и набросился губами на ее грудь.
Дарби выгнулась, и он торопливо схватился за пряжку ремня. Потом выдохнул, пытаясь взять себя в руки и обрести хоть какой-то контроль, отстранился.
– Надо притормозить.
– Не надо, – решительно сказала Дарби и заерзала, избавляясь от лишней одежды.
– Слава богу.
– Дай мне. – Она просунула между ними руки и ловко ослабила ему ремень. – Пусти.
Дарби потянула его брюки вниз, помогая Зейну их снять.
