– А кто же еще? – Екатерина показывала пальцем на дверь. – Ты, видимо, задел чем-то, или толкнул, или еще что-то, вспоминай!
– Да не делал я ничего, просто закрыл дверь. А стекло треснуло и сразу вдребезги. Заметь, я к нему не прикасался даже! – оправдывался Волков. – М-да, натворил проблем. Вот поэтому, Марина, и стоит пользоваться другой дверью. Там никаких стекол, и крыльцо нормальное, а на этом после дождя бывает очень скользко.
Екатерина прошла в дом и вернулась с пустым мусорным ведром, куда принялась собирать осколки. Марина стояла и смотрела на все это: она – домработница, ее хозяин стоит и внимательно осматривает место, где еще пару минут тому назад было стекло, его жена, кряхтя и стоя на четвереньках, собирает с пола осколки, а она ничего не делает. Это выглядело подозрительно. Нужно было что-то предпринять.
– Оставьте, Екатерина, я все сделаю, – Марина тоже принялась собирать осколки. – Хотя, знаете, крупные куски мы собрали, а мелкие все равно не соберем, только порезаться ими можно. Я потом вытряхну ковер, все мелкие осколки на нем. Да и, наверное, новое стекло будут ставить, еще мусор и осколки будут. Я сделаю.
Неизвестно, что это было – притворство, очередной шаг на пути к цели, или в Марине вдруг словно заговорила совесть, но она говорила совершенно искренне и сама этому удивлялась. Не нужно было врать, она сама решила стать домработницей в этом доме, и ей, именно ей предстояло сделать уборку, а не ее хозяевам. Екатерина поворчала немного, но согласилась с доводами Марины, ее муж с удивлением разглядывал разбитое стекло и изо всех сил, насколько позволяло его образование, пытался вычислить, отчего и как все произошло. Ему никак не удавалось понять, как на стекле без видимых причин может появиться трещина, разойтись, словно молния в грозу. Более того, Михаила удивляло еще и то, почему стекло не развалилось от трещины на несколько частей, а практически взорвалось, рассыпавшись на маленькие кусочки.
– Удивительное рядом, – пробурчал он, глядя, как Марина собирает последние из оставшихся крупных осколков. – Хотя, кто его знает, может на счастье?
– А пускай будет на счастье! – весело ответила Екатерина. – Что ж нам теперь, плакать из-за такой ерунды? Тем более, мы нашли новую домработницу, новую хозяйку. Теперь будет, кому тут за всем присматривать, ведь так?
«Что-то много каких-то неприятностей происходит в последние дни, – вдруг сообразила Марина. – То одно, то другое. Что-то ломается или разбивается. Или люди с ума посходили, и все вокруг меня круглые идиоты или сумасшедшие, либо… Нет, не хочу об этом думать. Это весна, наверное, просто весна. Все влюбились, насмотрелись на солнце. Точно. Ни о чем другом не хочу думать. Все хорошо. Все прекрасно».
Неожиданно сообразив о слишком большом числе всяких нехороших совпадений, Марина тут же отбросила от себя эти мысли и даже заулыбалась на очередной упрек, которым Екатерина наградила мужа.
– Ладно, оставим, Миш, потом разберемся с этим стеклом. Все равно нужно чем-то заделать эту дыру.
– Катя, мы как все обсудим, так я схожу к Ивановым, попрошу все сделать, – Волков достал свой телефон и стал что-то искать. – Нет, их телефона у меня нет. Но ничего, у них там все есть, может, даже сегодня придут и поставят.
– Ты попроси, скажи, что у нас сквозняк в доме, – Екатерине надоело стоять на веранде, и она прошла дальше в дом. – Ночью-то еще холодно, все-таки не лето, не забывай. Все, Марина, оставьте эти осколки, давайте дальше. Надевайте тапочки и идем.
В углу веранды стояли вязаные тапочки – синие, красные, белые. Марина выбрала себе красные, скинула туфли, надела их. С классической юбкой и блузкой смотрелось не очень, но ей было наплевать. Это была всего лишь одна маленькая жертва на пути к богатству. И эту жертву нужно было принести с долей юмора, что Марина и сделала, заметив на себе смущенный взгляд Михаила:
– Что вы так смотрите? Зато под цвет помады!
Волков захохотал.
В доме было чисто и очень уютно. Ковры, мягкая мебель, картины – примерно такие, как висели в офисе у Волкова, но подобранные с хорошим вкусом.
«Видно, то, что не подошло сюда, он повесил у себя в офисе. Что ж, экономично. Теперь ясно, откуда там столько картинок с этими дурацкими кругами и квадратами».
На первом этаже был просторный холл, совмещенный с гостиной, кухня, небольшой склад. С первого этажа на второй вели две лестницы – одна из холла, другая, поменьше и поскромнее, из кухни.
– Здесь кухня, и, посмотрите Марина, сразу лестница наверх, – Екатерина деловито и с гордостью рассказывала о своем доме. – А наверху самое интересное. Там маленькая, но очень уютная комнатка. В ней будете жить вы. Там есть все, это почти квартира. Идемте, да не стесняйтесь же вы!
