– Завтра пойду искать семена, – вздохнула Марина. – Заодно узнаю, как эти самые цветы сажают. Никогда ничем подобным, если честно, не занималась, и не думала, что это входит в обязанности домработницы.
– Да не переживайте, Марина, я вам это компенсирую добавкой к зарплате, она, если не ошибаюсь, у вас должна быть на следующей неделе. И все бумаги Галя оформила, теперь вы числитесь у меня в офисе уборщицей, так что все официально и по закону.
Формальности не интересовали Марину, она как бы дистанцировалась от них. В них нужно было вникать, как следует разбираться, заполнять какие-то документы. А Марина всего лишь написала под диктовку Волкова заявление и обо всем забыла. Если бы она действительно была в этом доме ради работы и той зарплаты, которую она сулила, то все было бы с точностью до наоборот. А здесь – полное бескорыстие и равнодушие к деталям и одна-единственная цель, которой все подчинено.
Когда было все готово и инструмент собран и отнесен обратно в гараж, Марина саркастически спросила:
– Так что теперь, Михаил? Какую вашу просьбу мне выполнить? Говорите, я слушаю.
Михаил пил сок, стоя на веранде, не ожидая от тихой на первый взгляд домработницы такой прямолинейности. Он чуть не выронил стакан, но тут же взял себя в руки и даже загадочно улыбнулся, благодаря чему Марина окончательно утвердилась в том, что это самое желание Волкова отнюдь не банально.
– Я понимаю, Марина, что это, может быть, не совсем удобно…
– Неудобно, Михаил, – Марина вдруг перестала маскироваться и стала той самой стервой, какой была в обычной жизни, – это когда стринги жмут, все остальное можно вытерпеть. Давайте будем взрослыми. Ближе к делу.
Волков поставил стакан на стол, чтобы ненароком его не выронить.
– Марина, я прошу вас составить мне компанию в… похоже, в сауну, там и ресторанчик имеется. Ну, соглашайтесь!
Марина засмеялась.
– А я-то думала! И это все? И что здесь такого? Я вроде еще не настолько уродина, чтобы меня нельзя было пригласить в сауну и ресторан.
– Вы… – хотел как-то оправдаться Волков, но Марина не позволила ему это сделать.
– Дайте мне полчаса, мне нужно припудрить носик.
Марина снова смеялась и не могла никак успокоиться. Волков смотрел на нее и тоже вот-вот готовился рассмеяться. Он сделал неловкое движение рукой – и стакан, стоявший на самом краю стола, упал на пол и разбился.
– На счастье! – не переставая смеяться, произнесла Марина.
Волкову стало не по себе, немного жутковато. Казавшаяся ему тихоней домработница, оказывается совсем не такой, чуть не убивает его свернутой оградой в гараже, он сам вдруг в одночасье делается из примерного семьянина почти что развратником. Марина тоже понимала, что не все так просто, и чем лучше она узнавала Михаила, тем очевиднее для нее становилось то, что он что-то недоговаривает. Впрочем, ей это было безразлично. Каждый раз, когда она начинала размышлять о том, что за человек Волков, она мысленно говорила себе: «Стоп». И заставляла думать о деньгах, о том, куда их потратит.
Сейчас же думать о деньгах Марина себя заставить никак не могла, она даже не порывалась это сделать.
– Пускай на счастье, – вздохнул Михаил, – собирайтесь, Марина, я жду вас и тоже пока себя в порядок приведу после этой нашей работы в огороде.
Марина кое-как уложила волосы, которые после похода в гараж больше напоминали старый березовый веник, переоделась и, посмотрев в зеркало, улыбнулась сама себе: «Вот он, твой шанс. И кто здесь говорил, что у меня ничего не получится, а?».
– И он повез тебя в сауну? Это действительно оказалась сауна? – Вика не могла скрыть своего удивления. Такого от Михаила Петровича она не ожидала. Конечно, в походах в сауну нет ничего зазорного, но ведь не в сопровождении же домработницы, которая на двадцать с лишним лет младше и работает меньше месяца, и, не навешав же лапши на уши жене.
– Вик, ну тебе как будто память отшибло! Я же тебе писала, что это оказалась сауна, причем, место довольно дорогое, недалеко от Мартыновки, я не запомнила, где именно. Сауна как сауна, ничего особенного, и не в таких бывала. Отдельные кабинки, сделано что-то вроде гостиничного номера. И еду мы заказали туда, суши, мне шампанское, он пил чай. Все-таки порядочный он, за рулем не пил, как некоторые.
С первой зарплаты, которую Волков торжественно вручил в присутствии жены, Марина повела Вику в бар, туда, куда когда-то водил ее Виталик, когда он был еще при деньгах. Они не виделись с Викой чуть меньше месяца, только изредка созванивались по вечерам и писали друг другу короткие смс-ки. Вика видела в Марине множество перемен, но сказать о них не решалась. Марина стала какой-то слишком уж спокойной, какой не была никогда.
– Тебе понравилось? – осторожно спросила Вика, ее терзало любопытство, которое, в отличие от Марины, она маскировать не умела.
– Что именно? Сауна отличная, еда тоже. Я давно никуда не выбиралась, а в последний месяц и подавно. Четыре стены кухни, гул стиральной машины, этот противный кот.
– Я о нем. С ним тебе понравилось? – спросила Вика. – У тебя с ним что-то было?
– Понравилось.
– Так было?
