Помимо мифической «Новой Швабии», куда плавали корабли и подлодки Третьего рейха (в ее существование перестали верить и публиковать материалы, помимо фантастических, к 1990-м гг., после международного широкомасштабного изучения Антарктиды), тайные базы подлодок упоминались в публикациях СМИ на пустынных побережьях Южной Америки и Южной Африки, а также на островах. Но вот возникает вопрос – а сколько могла плавать подводная лодка, выпущенная в годы Второй мировой войны, без топлива и смазочного масла, технического обслуживания, ремонта и замены испортившихся приборов и механизмов? Не говоря уж о том, что морякам нужен отдых на суше, медицинская помощь (они же немолоды) и моральные стимулы вести такой непростой и рискованный образ жизни, зная, что Третий рейх пал и не возродится. Так что легенды остаются лишь легендами, а на дне океанов еще лежат останки затонувших немецких лодок, когда-то наводивших ужас на команды мирных транспортов.
Интерес к подводным лодкам, как к новейшим достижениям технической мысли возник у писателей давно. Отведенная им роль чудо-оружия, которое при несчастливых обстоятельствах может обратиться против тех, кто им управляет, и унести экипаж в морскую бездну, лишь добавляла психологического драматизма.
Первая мировая война отображена, к примеру, в рассказе Вилли Бределя «Патер Бракель». Бельгийский городок Зеебрюгге занят немцами и стал «важнейшей базой подводных лодок германского флота; отсюда уходили в море маленькие серые лодки, которые должны были блокировать Англию и здесь же искать убежища, когда по пятам за ними гнались вражеские крейсеры и сторожевые катера.
Это была пора, когда действия маленьких серых морских чудовищ, преподносивших англичанам немало сюрпризов, стали заметно активнее. Тоннаж потопляемых судов головокружительно рос. Ходили слухи, что скоро наступит еще более интенсивная подводная война, которая вынудит высокомерную Англию встать на колени».
Офицерское казино в качестве почетного гостя регулярно посещает местный священник – патер Бракель. С одним из немецких офицеров у него даже завязывается дружба.
«Скоро они стали встречаться и помимо казино, гуляли погожими вечерами вдоль берега моря, и не обходилось без того, что иной раз офицер по простоте душевной пускался в рассказы о прибывающих и уходящих в скором времени подводных лодках и о тех, что никогда больше не вернутся, потому что бритты научились-таки охранять Канал».
Немец однажды сообщает священнику, что в церкви установлена подслушивающая аппаратура. «Каульбах рассказал, что, возможно, это неразумное подозрение связано с потоплением двух подводных лодок, которые были перехвачены и уничтожены английскими охотниками сразу после выхода из Зеебрюгге. Вечером, накануне отплытия, – да ведь патер и сам присутствовал при этом – обоим командирам лодок, как положено, устраивали в казино отвальную…»
Контрразведка не ошиблась, но служитель Божий оказался умнее и сумел уйти от подозрений. «Близилось Рождество. Патер был приглашен на праздник в казино. Отказ его был сердечен и учтив. Тогда его навестил немецкий коллега по профессии, фельдкурат по имени Бендикс Примель. Патер Бракель поблагодарил за то, что ему в его уединении оказана такая честь.
…Вечером Бендикс Примель пришел снова и обратился с просьбой, отказать в которой патер не мог. Фельдкурату на второй день Рождества необходимо было быть в Остенде, но в тот же день в Зеебрюгге экипаж подводной лодки желал получить святое благословение перед дальним боевым походом: фельдкурат просил коллегу заменить его.
…Патер стоял у рождественской елки и всматривался в лица молодых матросов, похожих в своих одинаковых синих форменных куртках на приютских сироток. Трое офицеров и командир лодки заняли свои места перед фронтом команды. Глаза всех моряков были устремлены на патера, тихим и проникновенным голосом начавшего свою проповедь. Все рождественские проповеди похожи одна на другую, особенно в военное время. Рождение младенца Христа. Мир на земле и в человецех благоволение… В заключение хор запел: «Тихая ночь, святая ночь».
Капитан фон Люрхов попросил патера присутствовать завтра в восемь вечера при выходе подводной лодки, чей экипаж он сегодня благословлял, и сказал:
– Эта лодка – самая большая в германском флоте.
…На молу, вытянувшемся далеко в море, стоял капитан фон Люрхов со своими офицерами. Патера приветствовали по-военному; он поблагодарил и пожал каждому руку. Внизу, под молом, он увидел длинное серое тело субмарины.
Командир лодки выкарабкался из рубки и по отвесному трапу поднялся на мол.
– Господин капитан, субмарина к походу готова!
– Ну, тогда успеха вам и благополучного возвращения домой!
