Он провел Рэю и позвал меня. Но я попросил, чтобы меня провела Зэя, и Лео согласился.
Зэя опустилась на колени и протянула мне руку. Я положил свои лапы в ее ладошку. Зенг расстался наконец со своей музыкой и уставился на нас.
– Ничего не бойся! – сказали мы с Паутинкой одновременно.
– У вас хороший контакт, – улыбнулся Лео.
Зэя положила вторую руку мне на загривок, и я стал думать о нас, о тех, кого я люблю, кто дорог мне. Взглянув вниз, не увидел своих задних лап. Они ушли в пол. Ощущение было странным. Я чувствовал их, хотелось даже почесать правую. Видел, как пол приближается к моей морде. Подумал, не надо ли задержать дыхание, но потерял сознание. Очнулся внизу. Рэя держала меня в руках. Я подумал, что она впервые сама коснулась меня.
– Хорошо, что Лео отправил меня принимать вас. Ты бы свалился с потолка.
– Странное ощущение. Как будто я что-то оставил там, наверху.
– Да. Я тоже это чувствую.
Я поднял голову и увидел, как по светящемуся потолку камеры побежала рябь и появились задние лапы Зенга. Затем его хвост, тело и голова. Когда он показался весь и отделился от Протто, Рэя осторожно приняла его.
Зенг довольно быстро пришел в себя – я услышал, как он напевает и подбирает ритм очередной песни.
Я огляделся. Нашел отверстие в стене камеры. Мы подошли к нему и заглянули. Это был ход. Где-то впереди, в конце его, был виден свет. Мы пошли к нему. Потолок был низким. Рэе приходилось ползти на коленях. Тоннель обрывался небольшой площадкой. Мы встали на ее краю. Внизу под нами раскинулась гигантская полусфера. Ее свод уходил вниз и терялся вдали. Я вспомнил, как наверху поднимался по стене храма к куполу. Вид был такой же. Не хватало только заводов и траволаторов.
Мы постояли немного и вернулись назад в камеру. Там Рэя помогла Зенгу выбраться наверх. Потом взяла меня и поднесла к потолку камеры, но опустила.
– У нас больше не будет времени поговорить, – ее глаза блеснули в полумраке, и я видел, как она подбирает слова, чтобы сказать о главном. О том, что волнует ее по-настоящему. Что надо обязательно произнести, чтобы долг несказанного не тяготил душу в конце жизни. – Я благодарна тебе за Лео и Зэю.
Она больше ничего не сказала. Но я понял ее. Сильную и гордую эо, которая не боялась ничего, кроме бесчестия.
Она подняла меня еще раз, помогая выйти. Затем вышла сама. Все ждали, что Старый Зорго тоже захочет спуститься, но он отказался:
– Я уйду последним. Неважно, смогу я пройти или нет.
Я понял, что у него уже созрел план спасения смертных. Он не просто предчувствовал, он видел наше будущее.
Дед часто поговаривал: «Если у солдата нет плана, это мертвый солдат». А потом добавлял: «Если ты мертвый солдат, значит, твой план был плохим». Я не понимал его. Переспрашивал: как понять, хороший у меня план или плохой? Он посмеивался: «Сам узнаешь». Я удивлялся: «Как я смогу узнать?» Дед отшучивался: «Ну, если ты выполнил задачу и жив, значит, твой план был хорошим».
У деда точно был план. Когда я спросил его, что мы будем делать, он ответил коротко: «Мы своих не бросаем». Я понял, что это значит. Он не оставит мэоти. Я не знал, что он придумал. Не приставал к нему с расспросами. Да и не стал бы он мне много рассказывать. Хотя он почему-то выделял меня. Чаще разговаривал со мной, чем с другими. Но в предстоящей битве думал обо всех. Кем был я для него? Просто солдатом, который должен выполнить приказ. Возможно, погибнуть. Каждый из нас мог погибнуть. Мы не боимся смерти. Для нас она часть жизни. Но у нас есть женщины и дети. Дед решит, как нам поступить. А мы все исполним долг.
Думаю, что к утру план спасения был намечен. По просьбе деда Рэя оживила дом рядом с Местом. Он развернул там штаб. Всю ночь шла работа. Зэя обучала наших бойцов слышать эо. Одну за другой она обрабатывала разведгруппы: командира и четырех его бойцов. Валилась с ног. Чтобы набраться сил, сливалась с Протто. Потом принималась за следующую пятерку. Одна за другой группы уходили в город. Им предстояла непростая задача: проникать в дома и передавать сообщения смертным. Текст подготовила Рэя. Мэоти ее уважали. Прислушивались к ее мнению. Была надежда, что они сделают то, о чем она их просила, но для этого они должны были получить послание. Наши разведчики могли оставить записку на видном месте или подбросить в личные вещи, но каждый боец знал, что должен сделать так, чтобы сообщение было прочитано. Мы с Зенгом отправились к Тиру. По просьбе деда Зэя подготовила для него специальное поручение.
К утру с завода вернулись разведчики. Им не удалось пробраться внутрь. Подземные каналы были перекрыты робокрысами. Снаружи завод окружили рядами колючей проволоки. По ней пустили электрический ток. Псы и коты патрулировали территорию внутри и на подходах к заводу. Конвейеры работали непрерывно. Все новые и новые робокрысы сходили с них и вставали на боевое дежурство. Подземное кольцо вокруг Южного сектора замкнулось.
