Мысли-желания-инстинкты располагались каждая на отдельной ниточке-паутинке, и все они сходились к центру, к крошечному серому сгустку, который управлял всеми этими ниточками. Бусинки мыслей двигались то прямо, то кругом, то, казалось, вообще застывали, а затем продолжали свой хаотичный путь рано или поздно приводящий к центру паутины.
Своей волей, которую гоблиненок ощущал вполне осязаемо, он дернул за одну из ниточек, потревожив сознание паука. Тот немного испуганно забарахтался в центре паутины, не совсем понимая что же произошло, и откуда пришло ощущение постороннего присутствия.
Дождавшись пока паук успокоится, Зур”дах дернул за паутинку еще несколько раз, очень осторожно, и теперь сознание паучка никак не реагировало на это воздействие. Вернее, просто приняло их за свои тревоги.
Довольно скоро Зур”дах понял, как направлять мысли паука в нужное русло, вернее… добавить к ним свои, свой мысленный импульс. Он просто попробовал и получилось.
Мысли текли из паутинки к сознанию, в центре паутины, и нужно было не трогать паутину, а просто добавить мысленный приказ к бусинке, чтобы он дошел внутрь. Тогда он принимался паучком как свой.
Еще через пару мгновений Зур”дах понял, где, собственно, находятся органы чувств паучка, и потыкавшись то в нюх, то в тактильные ощущения лапок, наконец нашел глаза и сумел смотреть вместе с паучком — одновременно.
Мир воспринимался иначе: выпуклым, неравномерным, составным, сегментированным.
Зур”дах увидел чужими глазами самого себя — вот только он не сразу понял, что это огромное зеленокожее существо и есть он; осознание пришло через пару мгновений, когда он уже ориентировался в новом взгляде на мир. Он видел себя лежащим с открытыми глазами и поднятой рукой с паучком.
Паук задвигался и беззастенчиво пополз по нему, наверх, на голову, а затем переполз на стену. Все звуки окружающего мира были словно приглушенные несколькими подушками.
Ведь если в нем остатки ядра паука, вполне логично что какая-то связь с пауками возможна. Но с дугой стороны, он никогда не слышал, чтобы о чем-то подобном рассказывали.
Паук тем временем вновь вернулся и уселся на его голове, в волосах, посчитав, видимо, что место отличное. Можно и наблюдать за всем вокруг, и спрятаться.
Вдруг он заметил этими непривычным взглядом, в котором все выглядело преувеличенно большим и несоразмерным, как к нему поднимается и затем идет Кая. Ее он тоже не сразу узнал, но догадался кто это по тому признаку, что она была самым маленьким существом в пещерке.
Кажется, она что-то говорила, однако что именно понять он не мог, будто слова деформировались, теряли всякий смысл, превращаясь в набор беспорядочных звуков.
Надо было срочно прервать связь с пауком, вот только гоблиненок не знал, как это сделать самостоятельно.
Однако достаточно было Кае задеть его ногу, как связь между ним и пауком моментально разорвалась, потревоженная ощущениями его собственного тела.
Звуки тут же нахлынули на него оглушительным потоком.
— А? — переспросил он Каю.
— По тебе паук ползал, — сообщила она, присаживаясь рядом и обняв колени руками, — Он и сейчас на тебе, вон, уселся у тебя в волосах.
— З..знаю… — проговорил Зур”дах. Говорить на пару мгновений показалось каким-то непривычным и неестественным процессом, но это почти сразу прошло.
Он осторожно стряхнул паука в сторону. Проверить свой эксперимент он решил позже, сейчас для этого было явно не лучшее время.
— Зур”дах, скажи, а тебе страшно? — вдруг спросила девочка.
Он взглянул на нее, и понял, что она боится даже больше, чем остальные. Что было совсем неудивительно, ведь сколько ей лет, даже четырех нет?
— Нет, — ответил он.
В данный момент ему страшно действительно не было.
— Я думаю, с Драмаром нам нечего бояться.
Была в нем какая-то непоколебимая вера в старика и в способность того решать проблемы и избегать опасностей.
— Но мы уже два раза убегали непонятно от чего! — возразила Кая.
Вообще-то, подумал Зур”дах, уже три раза.
— Так убежали же.
— Ну да. — согласилась Кая. Хотя, конечно, гоблиненок не смог разогнать все ее тревоги, просто потому что не умел этого.
Полулежа-полусидя, и слушая невнятный лепет Каи, он незаметно погружался в сон. Накопленная усталость наваливалась тяжелым мешком, все вокруг расплывалось, будто покрытое непрозрачной пленкой.
Он отключился.
****
Проснулся Зур”дах отдохнувшим. Старик дал время хорошенько выспаться всем детям. Никого не торопил. Дал поесть и попить.
Гоблиненок выгадал момент и подошел к Кайре, когда та была одна.
Когда он проснулся его все еще волновал тот, вчерашний странный сон. Поэтому он и расспросил у девочки, было ли у нее что-то подобное после Поглощения.
— Нет…ничего такого… — удивленно ответила она.
