В следующие дни паучок стал еще легче идти на контакт: достаточно было гоблиненку появиться и поманить рукой, как тот бежал к нему и запрыгивал. Словно после того взаимного пребывания в его голове, он окончательно определил для себя, что Зур”даху можно полностью доверять.
А может он и у меня в голове побывал?
Новые сеансы единения с паучком, Зур”дах проводил короткие. Не больше пяти минут по своим ощущениям — ровно до того момента, как не начинала болеть голова, — это был знак, что достаточно.
Пару раз гоблиненок замечал паука на потолке казармы, и в такие моменты внутренне напрягался, боясь, чтобы никто того не заметил. С другой стороны, на подобном расстоянии увидеть, что паук состоит полностью из тьмы было очень сложно.
Однако, поскольку управлять пауком он не пробовал, и скорее всего не смог бы, он рассчитывал что паук сам будет осторожен.
Если в какой-то из дней Зур”дах забывал накормить его, или было слишком много тренировок, то паук, как и в тот раз, сам появлялся в казарме, дожидаясь пока все уснут.
Однорукий тем временем, пообещал детям, что через несколько дней они начнут тренироваться с новыми тварями, а не только с Шустряком, который всем изрядно поднадоел и уже не представлял опасности. К его движениям, атакам, рывкам и скорости они привыкли.
Зур”дах больше ни разу его не ударил.
Баланс, который Тар”лах говорил не тренировать, он всё же тренировал. И если раньше он мог только ходить с ним, то теперь он трижды умудрился использовать его во время спарринга с Шустряком. Ненадолго, правда, не более пятнадцати уворотов, но и это было прогрессом.
Войти в состояние Баланса было сложно, но это еще полбеды, сложнее было в нем удержаться. Зур”дах заметил, что если в его голове начинали появляться разные мысли, переживание, эмоции, даже легкий страх или боязнь, — Баланс тут же исчезал. Только когда сознание было чистым, практически безэмоциональным, у него получалось держать его дольше.
К тренировкам прыжков однорукий добавил еще одну их разновидность. На равном расстоянии на площадке были расставлены каменные кирпичи, которые на максимальной скорости дети должны были перепрыгивать.
Никакой ходьбы или бега. Прыжок-прыжок-прыжок. Без остановок. По двадцать-тридцать прыжков подряд. И пока никому не удавалось пройти дистанцию без того, чтобы не грохнутся на пол, потеряв равновесие во время одного из прыжков.
К третьей тренировке Зур”дах привык к подобному типу нагрузки. В промежутке-отдыхе между подходами, однорукий добавил им еще нагрузку.
Метание камней. На площадке он установил мишени и подготовил каждому горсть метательных камней.
— Всем вам нужно повышать меткость. Чувство дистанции. Потом вы будете учиться метать кинжалы, и хороший навык метания камней облегчит вам жизнь. Но даже камень может оказаться полезным. Иногда удачно запущенный камень, к примеру в глаз, или нос, или другое чувствительно место, может дать мгновение передышки, или даже дезориентирует монстра, Поэтому не стоит относиться к этому наплевательски. Это так же важно как и всё остальное, чему я вас учу.
Сопровождалось это обычно хорошим подзатыльником тому из детей, кто делал это спустя рукава.
Даже в таком, казалось бы простом навыке, Тарлах их учил. Каждому показывал как правильно стать, как поставить ногу и развернуть корпус, чтобы бросок получился мощнее. Как размахнуться рукой и вложиться в этот бросок. Детям было проще, потому что работать с телом они научились во время обучения кулачным ударам.
— Да что ты машешь рукой как идиот?! Бросок должен быть мощным, точным и расслабленным, зажатой рукой ты ничего не сможешь.
Потом переходил к следующему ребенку.
— А ты чего так резко бросаешь? Хочешь выбить себе плечо или другую травму получить? Начинай по-новой и делай как я показываю. Я слежу, давай-давай!
Однорукий действительно успевал следить за каждым.
Зур”дах бросал камни неплохо, но далеко не лучше всех. Вновь отличилась Кайра. Может ее броски и не были такими мощными как у него, зато они были точными и быстрыми. Тут ей равных не было. Она попадала ровно туда, куда хотела.
— А ты молодчина, девочка. — похвалил ее несколько раз однорукий, потрепав по голове.
Похвальба тренера была большой редкостью, поэтому Кайра сразу приподнимала голову от гордости.
Обычно, наблюдать за ее бросками Зур”даху было радостно и приятно. Но сегодня что-то было не так. Что-то зудело в душе, не давая покоя. И глядя на однорукого и Кайру, он пытался понять — что же ему не дает покоя.
Гоблиненок застыл, перебирая мысли и воспоминания. Ища то, что его беспокоило.
Я уже видел что-то похожее… — понял он вдруг.
Точно такая же сцена.
А потом резко нахлынула боль, кольнувшая сердце так сильно, что он аж присел.
Кая! — чуть не вскрикнул он.
Ведь на какое-то время он совсем забыл о ней.
