После этого Ксорх стал прямо перед ними.
— Теперь, повторю то, что вам уже наверняка говорили родители. Сейчас, вы лезете туда, — он указал на норы, — эти маленькие тоннели будут вилять, подниматься-опускаться, но в итоге приведут вас в другую пещеру.
Ксорх сделал паузу.
Остальные дети, стоящие позади в линии тоже слушали.
— В той пещере, растут вот такие вот цветы, — в его ладони появился черный засохший цветок, — этим кинжалом вы срежете один бутон, или два, сколько успеете, и сразу возвращаетесь обратно. Понятно?
Зур”дах кивнул, звучало совсем несложно.
— К самому растению на котором растет цветок, НЕ ПРИКАСАТЬСЯ! — Ксорх обвел всех жестким взглядом, а потом добавил, — Лучше вообще ни к какому растению в пещере не прикасаться, срезали цветок и сразу бежать. Запомнили?
— Теперь кинжалы, заткните их в одежду. Сейчас, в тоннеле, он будет вам только мешать. Понадобится только на той стороне. Остальным тоже раздай. - кинул он уже младшему Охотнику.
Охотник вынул еще один сверток, и начал раздавать оставшимся выстроенными в линию детям кинжалы. Они, один за другим засунули кинжалы кто куда, кто за пояс, кто за набедренную повязку под одеждой.
Зур”дах взял протянутый кинжал. Небольшой, костяной, и судя по лезвию, - очень острый.
Гоблиненок засунул кинжал, как и многие другие, в набедренную повязку, там он держался крепче всего. Немного кололся в ногу, но в остальном нормально. Главное, не потерять его раньше времени.
— За мной. — сказал Ксорх и шагнул вперед, к стене. Дети осторожно последовали за ним. Не все, только отобранный десяток.
Зур”дах напряженно всматривался в дыры. То, что они должны пролезь через норы в другую пещеру и срезать цветы, а затем вернутся он и так знал. Собственно, наверняка, это знали все.
Вот только... если бы все было так просто, из пятидесяти детей не возвращалось бы меньше десятка.
Первый десяток гоблинят Ксорх подсаживал сам,в отмеченные красными крестами норы расположенные на уровне головы, или даже выше взрослого гоблина.
— Пока не лезть, — предупредил он детей, — Ждете, пока всех не посадим.
Подсаженные дети осторожно заглядывали в отверстия, вперед. Места там было совсем впритык, развернуться особо негде.
Через пару десятков мгновений первая партия детей была посажена. Сажали в дыры отмеченные красными крестами.
— А что значат красные и белые кресты? — показывая пальцем спросил один из детей.
— Молчи, — цыкнул на него один из младших Охотников, — И не спрашивай лишнего.
Зур”дах этот вопрос тоже интересовал. Что значат красные, а что белые? На ум ему приходило только одно; красные опасные, белые безопасные. Но тогда зачем пускать детей в красные?.. Подумать об этом им просто не дали.
— Так. На счет три лезете внутрь, — обратился к детям в дырах Ксорх, — Лезть всем одновременно, путь займет примерно полдня. Все поняли? - обратился он к застывших в дырах гоблинятам.
Дети кивнули.
Кто просто сидел свесив ноги, кто прижимался ухом к стене, прислушиваясь, кто застыл от страха. Но объединяло всех одно - все были напряжены до предела. Взгляды детей перебегали с Охотников на других детей, на другие дыры, с белыми крестами, а потом они вновь заглядывали внутрь своих тоннелей.
Тем временем младший Охотник начал готовить следующую партию детей. Выбирал из выстроенных в линию, как и в прошлый раз. И тоже ровно десяток мальчишек.
Ксорх давал последние наставления.
— Внутри, не видно ни зги, это черный кристаллический камень. Так то доверяйте собственным руками и ногам, на глаза не ориентируйтесь. Чуть что, выхватывайте кинжал и сражайтесь, если хотите выжить. Все.
Ксорх махнул рукой.
— Пошли! — рявкнул он и дети послушно исчезли внутри, в темноте проходов.
Зур”даха почти в то же мгновение грубо выхватили из линии и вытолкнули к остальным гоблинятам. К третьему десятку.
Ксорх посмотрел на Зур”даха. Что-то зажглось в его глазах, какая-то явно подленькая мысль.
— Этого ко второй партии, — указал он на Зур”даха, — Будет одиннадцатым.
Охотник выхвативший его, пожал плечами и втолкнул ко второй партии.
Гоблиненок стиснул зубы. Что-то ему совсем не понравилось в том, как его втолкнули ко второй десятке. С таким видом, мальчик знал, делаются подлянки. Но ведь…с ним одновременно отправляется еще десяток детей.
— Вы следующие, — обратился он к партии Зур”даха, — Повторять не буду, вы все уже слышали когда я говорил первой десятке. Вы делаете тоже самое что и они.
— Сажайте их. — кинул он двум молодым Охотникам.
Их отвели ко второй стене и посадили аккурат в дыры с красными отметками. Зур”дах уцепился низ дыры, - несколько камешков скатились из под его ног, - и подтянулся.
Пока они сидели и ждали, начали формировать следующие группы. И очень быстро оставшиеся группы подсадили к нужным дырам, - одну к красным, а две к белым. И какое-то неясное, нехорошее, тревожное предчувствие закралось в душу Зур”даха. То, как на них смотрели Охотники, - на их три группы, и вообще эти красные кресты…Все это было странно…А пахло подлянкой.
Зур”дах заглянул внутрь дыры.
Темно. Ничего не видно.
