Едва Люк закончил создавать проекцию, как Мэй увидела, что в окошке-экране, через которое осуществлялась связь, появилась тонкая ветка другого дерева. Небольшой росток прикоснулся к экрану и создал точно такое же голографическое дерево управления со своей стороны. А после Мэй увидела Тигаки.
Длинные волосы сестренки Люка струились по плечам и спине, вытянутое лицо серьезно, нежные губы крепко сжаты, брови сведены к переносице. На короткий, очень короткий миг Тигаки напомнила Наму-Олу.
Девушка стояла у проекции дерева, готовая к работе. Сестренка Люка закрыла глаза и прикоснулась к веткам. Люк тоже прикоснулся к своему дереву, и ветви вспыхнули, рассыпая множество искр.
– Ти, – заговорила Хэна, – надо включить в работу пророков. Люк их запустит, и ты внушишь им очень важную вещь. Они уводят людей и организуют им посадку на крейсеры. Наши командоры вылетают прямо сейчас. Надо увезти людей из пустыни, потому что Мара будет стремиться к источнику. Мы встретим ее там.
– Хорошо, – сказала Тигаки.
Мэй смотрела, как Люк управляется с проекцией дерева, – его смуглые пальцы ловко находили нужные листочки, вводили нужные коды и запускали нужных роботов. Появилось еще одно окошко, после еще одно: в них можно было наблюдать за Храмом Живого металла в Камлюках. Мэй видела и слышала, как загудели над пустыней длинные трубы, созывая народ. Как люди оставили стройку, оставили работу около палаток. Как длинным ручейком потянулись мужчины из восстановленных дверей Костровой Башни.
На трех новеньких темно-синих драконах появились мужчины-пророки, призывающие народ к послушанию.
Инимайтами оказалось очень легко управлять. Лишь только пророки заговорили, как отцы кланов созвали своих помощников и приказали готовиться покинуть Камлюки.
– Пришло время оставить Храм. Теперь придут боги, чтобы сражаться за Храм Живого металла! – кричали пророки.
То же самое повторяли и отцы кланов.
Люк направил одного из татику на разведку, к океану, и маленький шар полетел так быстро, что у Мэй зарябило в глазах, когда она хотела посмотреть съемку, которую передавал этот малыш. Вот промелькнул острый горный пик, вот показалась пустынная каменистая земля, а потом в экране раскинулся океан.
И там, над широкой блестящей водой Мэй увидела множество Ниу-Ши. Одна, две, три, четыре, пять, шесть…
Мэй не смогла досчитать до конца, потому что раздался резкий свистящий звук, и изображение с татику пропало.
– Кто-то уничтожил этот шарик, – тихо сказал Люк.
– Это Мара, – уверенно заявила Тигаки. – Я ее чувствую. Я не могу на нее повлиять, но с ней движется огромная злая сила. Мара намерена заполучить источник Живого металла. Пусть у нее только один первичный ключ, но это даст ей возможность поднять всех роботов, использовать все платы, что хранятся под землей. Это огромная мощь. Если Мара поднимет весь сервер и возродит всех роботов, она сможет захватить Белую пристань и восемь оставшихся ключей.
– Мару встретят наши крейсеры, – нахмурилась Хэна. – Но нас может оказаться слишком мало. А Гиганты не придут в пустыню. На нашей планете иимцам для существования нужна добрая земля. По-другому они не могут. Через океан смогут переправиться только ростки на крейсерах.
– Я вижу Тхана, – тихо сказала Тигаки. – Он поднялся в воздух, чтобы защитить людей пустыни. Он уже над Камлюками.
– Я его тоже вижу, – проговорила Мэй.
– Грядет великая битва, – звонко и громко возвестила Тигаки, – и мы можем не успеть спасти людей. Мара хочет уничтожить всех Инимайтов. Мара желает забрать планету Эльси себе!
– Грядет великая битва, – согласилась Хэна. – Наши крейсеры уже отправились к вам. Помощь скоро будет.
– Мои драконы тоже поднимаются, – сообщил Люк. – Драконы Белой пристани помогут Камлюкам. И я тоже буду там.
– Люк! Ты нужен здесь! – Мэй схватила Люка за руку, словно надеялась удержать его.
– Ты будешь вместо меня, ты поможешь Тигаки. Вы справитесь. Я не могу оставаться в стороне. Это мой народ, Мэй. Я должен им помочь.
Люк чувствовал своих драконов. Всех драконов, родившихся в источнике Храма. Каждую машинку, даже самую маленькую. Ему не надо было прикасаться к светящейся проекции дерева или смотреть в окошки, куда татику передавали изображение. Едва восемь ключей заработали вместе, сплетая светящиеся линии, Люк ощутил в себе удивительную силу и удивительную связь.
Он был частью машин, был их мозгом, их навигатором и владельцем. Только роботы Третьего сервера не подчинялись ему, только Ниу-Ши и остальные машины Бен-А-Эльси принадлежали сами себе. Или, возможно, Маре.
Объяснить это казалось невозможным, да Люк и не пытался. И, глядя на летящих над океаном Гадин, он уже ощущал легкое покалывание в крови и горячую волну, заливающую сердце. Грядущая битва звала, тянула и влекла.
Камлюки представлялись большой картой, и Люк уже видел, как он расставит силы, как встретит врага и как отразит удар.
