Подземные. Жив полностью

Ну а Дылда тута у ней и спрашивал, чё эт она такая веселая, тута-то она ему и сказала. Знашь же, до чево они бедные, да скока хлопот у них в тот же самый день было с деньгами, а еще через день-два и за квартиру платить пора пристала, как Дылда грит. И знашь, как Дылда всегда грил про Калифорню да вроде как намекал Шиле, чтоб с ним туда ехала. Я тебе раньше не грил, тока он из Калифорни приехал на ней жениться еще до тово, как за мной двинул, и почти все время тама жил, как из Северной Кэролайны в детстве умотал. Ну, Шила все это выслушала да и завернула в один пакет для Дылды, кабутто подарок к Рождеству, и грит:

– Давай-ка пустим ту сотню долларов, что у меня в поясе, да поедем в Калифорнию. Я матери своей скажу, что нам очень надо и мы тут ничего сделать не можем. А перекантуемся у сестры моей дома в Сан-Франциско для начала. А потом работу себе найдем – там оно так же, как тут, я думаю. Что скажешь?

– Детка, – Дылда смеется да и давай ее обнимать, – как раз вот так я и хочу.

От так-то мы и решили ехать в Калифорню в тот день, када Дылда две работы потерял.

Цельных два дня мы на сборы потратили. Мамаша у Шилы сразу за углом жила да заходила нас навестить по три-четыре раза на дню – все с Шилой спорила про то, чтоб ехать в Калифорню по такому холоду. Похоже, родня Шилы так долго прожила в Нью-Йорке да с такими долгими работами, что не верили они, бутто можно по стране эдак порхать, и как-то раз пробывали не пустить сестру Шилы в Калифорню, ее Зелда звали – это с которой мы тама жить нацелили. Тока Дылда грит:

– Нью-йоркская публика вечно боится сдвинуться оттуда, где осели. В Калифорни быть надо, не в Нью-Йорке. Вы разве песню такую не слыхали, «Калифорня, еду я, Золоты Ворота отворяй»?16 Столько солнца, столько земли там, столько фруктов да вино дешевое, да люди там чокнутые, все это совсем не страшно, даже когда работу себе не сыщешь, потому что там всегда прожить как-то можно, хоть виноград один лопай, что с винных грузовиков напа́дает на дорогу. А в Нью-Йорке никакого винограда с дороги не пособираешь, да и грецких орехов тоже.

– Да кто тут толкует про виноградом да орехами питаться? – Шилина мамаша как заверещит: – Я про крышу у вас над головой толкую. – Женщина она была ровно здравово смысла.

– В Калифорне она и не нужна, потому что там никогда не холодно, – грит Дылда, да и давай хохотать всей головой, радываясь. – Ох, да вы ж никогда таких славных солнечных денечков не видали, когда почти весь год и пальто не надо, а уголь покупать, чтоб дом протопить, тоже не нужно, ни галоши не требуются, ничего. А летом от жары нипочем не помираешь на севере, там, во Фриско да Оклендах, да поблизости. Говорю вам, туда-то и надо ехать. Больше во всех Соединенных Штатах и ехать-то некуда, это самое распоследнее место на карте – после него ничего, одна вода да Россия.

– А с Нью-Йорком что тебе не так? – рявкает Шилина мамаша.

– Ох, да ничего. – Тута Дылда в окошко показал. – Атлантический океан с самим Чертом потягается в ветре зимой, а Чертов сын ветер этот разносит по улицам, чтоб человеку прямо в дверях замерзнуть. Бог повесил солнце над Островом Манхэттен, а Чертов двоюродный вам в окно его не впускает, если вы себе пятистенок в милю высотой не построите так, чтоб бояться и шаг наружу из него сделать, воздухом подышать, вдруг свалитесь с этой мили высоты, если пятистенок этот, то есть, вам по карману. На работу можно ходить, но в конце, вероятно, у вас и останется разве что часа два на себя после восьми часов работы, что будут все двенадцать, если с подземкой считать, автобусом, надземкой, трубой, паромом, эскалатором да подъемником, да с заминками промеж ними всеми, такой это большой да безнадежный городок. А с Нью-Йорком мне все так. Сходите за угол с дружочком повидаться после ужина, поглядеть, там он или в десяти милях в центре сам хочет с вами повстретиться. Попробуйте устроить себе вечерний ансамбль, когда в карманах голяк, как у любого сельского паренька, так дядя у вас в штанах тут же дубинку примется искать.

От так-то он про всякое грил.

– Будущее Соединенных Штатов всегда было в том, чтоб ехать в Калифорню да всегда от нее назад отскакивать, и вечно таким оно будет.

– Так ко мне тогда ты давай не отскакивай, ежли там без порток останетесь, – Шилина мамаша грит, да грит это Шиле.

– Мы и так без порток, – грит Шила, и тетке этой, мамаше ейной, никак слыхать такое не понравилось.