— Если есть рубка, значит, я на корабле, — идя по коридору, вслух рассуждала девушка. — Если это корабль, он должен быть в Тихом океане. Если корабль в Тихом океане, он скорее всего направляется к побережью Калифорнии…
Мамблер переглянулся с Влодареком, и Ян утвердился во мнении, что девушка находится под воздействием известного ингредиента, входящего в состав того популярного варева, которое называется молодёжной контркультурой. Влодарек изучал соответствующий временной контекст и знал, что новое поколение «детей цветов» погрязло в наркотиках. Оно оккупировало зону Калифорнийского залива. Постояно пребывающие под «балдой» «цветочные детишки» приветствовали своих единоверцев «жестами мира», нежились под ласковым южным солнцем и бесцельно слонялись по парку «Золотые ворота». Их беззаботный образ жизни отразила музыка таких рок-групп, как «Джефферсон эйрплейн», «Грейтфул дэд», «Хинное дерево», «Служба ртутных посланцев» и мужиковатая певица Дженис Джоплин — девушка с голосом несравненно более резким, чем «серебряный колокольчик» космической «зайчихи», бормочущей себе под нос малопонятные наркотические коннотации.
Странная компания благополучно добралась до рубки и разместилась в стоящих кружком вспомогательных креслах.
— Кто ты такая? — холодно осведомился Мамблер, просверливая девушку глазами.
Мамблер выглядел серьёзным, даже чересчур серьёзным, и у Яна шевельнулась в голове крамольная мысль, что пилот и девушка валяют дурака. Спектакль разыгрывается для одного зрителя — для него, Влодарека. Как говорят шахматисты, просматривается масса продолжений. Если же этот гусь в комбинезоне — не натасканный Вуайером актёришка, почему он так слеп? Неужели он не видит, кто попал к нему на корабль? Значит, он всё же лицедей? Впрочем, сто двадцать хорошеньких мордашек запросто могли перепутаться в голове мигдоловца. Как выражаются все те же шахматисты, не исключается переигровка. Но вариант с захватом, по-видимому, отпадает.
— Меня зовут Бьянка ван де Вельде, — отвечала девушка. — Я Мисс Голландия. Прибыла в США для участия в конкурсе за титул Мисс Вселенная. Нас везли на пляжи Малибу. Я зашла в автобусный туалет, а вышла… вышла чёрт знает где!
— Сорок три тридцать четыре! — воскликнул преувеличенно удивившийся пилот. — Да ты та самая Бьянка! А я смотрю и не могу вспомнить, где видел твоё лицо! — Он метнул короткий взгляд на Влодарека, едва ли не показывая ему язык: — Похищение отменяется, дикая кошечка прибежала на ловца сама. Будем ждать новой вводной. — Пилот снова перевёл глаза на девушку: — Извини за грубость, дорогуша, но ты обгадила мне всю малину, причём дважды!
— Что значит «та самая»? — с подозрительным прищуром спросила Бьянка. — И почему «дважды»?
— На первый вопрос ответа ты не получишь, — отрезал Мамблер. — Слишком долго и сложно объяснять, да и нет необходимости. А «дважды» потому, что, во-первых, ты помешала вот этому идиоту выполнить его задание, а во-вторых, ты представляешь собой избыточную массу, которая сбивает корабль с курса и угрожает безопасности полета.
— Понятно, — иронически улыбнувшись и приглядевшись к мужчинам, сказала Бьянка весело. — У вас был плохой «трип». Лошадиные дозы, грязные шприцы и всё такое, да?.. Вот что, чувачки, мне лучше знать, кого я из себя представляю. Вам дважды обгадили малину, я тоже по уши в дерьме. Автобус куда-то подевался, а мне нужно во что бы то ни стало добраться до Малибу. Помогите же даме, чёрт побери! Подгоните корабль к побережью и высадите меня. Во-первых, так вы избавитесь от лишней массы; во-вторых, я перестану мешать идиоту выполнять его задание.
Мамблер заржал так громко и заразительно, что Влодарек невольно завторил ему. Пилот смеялся со вкусом, то размазывая по щекам выступающие слёзы, то хлопая себя по коленкам.
— Мы в корабле, дорогуша, но корабль не в море, а в космосе! — просмеявшись, объяснил он Бьянке. — Он называется звездолёт, понимаешь? — И Мамблер снова зашёлся в лошадином смехе.
— Мне плевать, как называется твоё ржавое корыто! — прервала кривляние пилота девушка. — «Шаттлы» приземляются на мысе Канаверал, ты посадишь свою лоханку в Малибу. «Аполлоны» садились на воду, «челноки» садятся на сушу. В Малибу в избытке и то и другое. Как масса.
— Заткнись, сука сраная! — вдруг резко изменившимся тоном рявкнул пилот, будто внутри него повернули какой-то выключатель. — Я видал в гробу твоё Малибу! Я далеко не Аполлон, но отчелночу тебя и в хвост, и в гриву, если будешь командовать или просто повышать голос! Ты сорвала нам задание, спутала к чёртовой матери все карты! Мало того, ты поставила мою жизнь под угрозу! — Он сбавил высокочастотные обороты: — Из-за наличия на звездолёте избыточной массы мы не сможем долететь не то что до Малибу — до Солнечной системы не дотянем. Ты не маленькая, с такими сиськами и жопой должна бы понимать, что это означает.
— Ну и что это означает?
Мамблер налился помидорным румянцем — такие красные томаты да ещё перцы прекрасно вызревают в Калифорнии.
