Не успел я перетащить патроны, продукты и половину нашего скудного скарба, как меня остановил голос Жака, окликавшего кого-то. Ему никто не ответил. Я стал всматриваться. В обманчивом свете за метил, как от куста к кусту метнулась тень, и выстрелил туда. Жак поддержал меня длинной очередью. Нам не отвечали.
Когда мы уже сидели в укрытии за глыбами кораллового известняка, Жак прошептал:
– Ты правильно сделал, что стрелял в них. Я видел двоих. Их, наверное, больше. Они продолжают ползти к нам или лежат, дожидаясь предутреннего часа – тогда кинутся все сразу. Давай обстреляем все кусты вокруг. Патронов у нас много.
Минут десять мы палили во все подозрительно черневшие предметы, наконец Жак положил руку на мое плечо.
– Пока довольно. Постарайся не спать.
Сон у меня прошел, голова была ясной. Мы сидели молча, спиной к воде.
Теперь к нам трудно было подкрасться. Мы ничем не выдавали себя, прислушиваясь к шорохам крыс и крабов. Иногда в тишине слышались хриплые крики морских птиц, гнездившихся где-то неподалеку, и снова наступала тяжелая тишина.
Близился рассвет. Оранжевая луна низко повисла над тускло светящимся океаном. Подул ветер, песок зашуршал, улетая в лагуну. Заурчал прибой на рифах. Меня опять стало бросать в сон. Чтобы избавиться от этого наваждения, я тянул себя за волосы, щипал щеки, наконец, когда все эти меры не помогли, до боли прижался головой к шероховатому камню, решив, что вот теперь-то не засну ни за что. Но, видно, камень чудесным образом превратился в пуховую подушку. Не знаю, долго ли я проспал. Разбудил меня треск над ухом.
Опасность подкралась с самого, казалось, неуязвимого направления – со стороны лагуны. Только необыкновенная выносливость моего товарища, его сознание ответственности, все качества воина спасли нас от неминуемой гибели.
Два пирата застыли в десяти шагах, уткнувшись в камни.
Выждав с полчаса, Жак пополз к убитым и вернулся с двумя пистолетами и ножом. Второй нож я нашел утром, он провалился между камнями.
– Один буг, второй – китаец, они спали в одном ряду со мной,- сказал Жак.- Очень храбрые и жестокие люди, из-за денег готовы на все. Китаец остался мне должен тысячу иен. Он все проигрывал в карты. За наши головы ему пообещали много денег, вот он и пошел на смерть. А буг был самым лучшим пловцом. Он не знал, что спорт мог ему принести больше, чем разбой.- Жак помолчал, прислушиваясь, осмотрел тусклую поверхность лагуны, темный песок с черными кустами.- Теперь до утра не появятся. Можно спать по очереди. Я не хочу. Выспался на плоту, я привык мало спать. Ты ложись первый.
Мой великодушный товарищ сам падал от усталости и все-таки ни за что не согласился отдохнуть первым. Наверное, он боялся, что я засну на посту. До сих пор мои щеки горят от стыда при воспоминании об этом позорном случае…
Он должен был разбудить меня через час, проспал же я до восхода солнца, и спал бы дольше, если бы Чен не лег мне на грудь и не положил рядом полуживую крысу. Крыса-то и прервала мой сон. Спасаясь от своего смертельного врага, она полезла ко мне за пазуху.
Я заорал на весь остров, вскочил на ноги и стал вытряхивать из-под рубахи противное животное. Чен подхватил на лету свою добычу и юркнул в расщелину между камнями.
Жак сказал улыбаясь:
– Какое неприятное пробуждение. Я бы не хотел быть на твоем месте. Пригни голову, они стреляют. Я тоже им ответил несколько раз. Подходить близко боятся. Кроме баркаса здесь стоит небольшая шхуна скупщика копры, они, наверное, захватили ее и вчера справляли победу. Торговцы берут с собой много вина и пива для обмена. Хорошо, что жители островов – мирный народ, и торговцы не берут для них оружия.
Теперь при солнечном свете, выглядывая из-за камней, я мог рассмотреть остров. Он был почти такой же, как и первый атолл, только почти совсем лишен растительности. Ураган, пронесшийся здесь, поломал и вырвал с корнем почти все кокосовые пальмы. Уцелела только небольшая рощица из двадцати деревьев на противоположном берегу лагуны. Там у берега стояли шхуна и баркас. По берегу ходили люди. Доносился звук ударов топора о сухой ствол пальмы. Дров здесь было много. Там и сям из песка выглядывала коричневая кора деревьев, торчали высокие пни с надломленными засохшими стволами.
В пятидесяти метрах на песке лежали два трупа и два – на камнях.
– Надо их убрать,- сказал Жак,- не бойся, это не опасно. Следи за противником. Я один…
Он стащил убитых в лагуну.
Мы позавтракали банкой паштета и манговым соком. К завтраку появился Чен и потребовал свою долю. Видно, крыс он не ел, а охотился на них только как спортсмен.
Наконец Жак уснул, а я остался нести вахту. День выдался серый и еще более душный, чем ночь.
Нам досталась лучшая позиция на острове для обороны. Днем мыши трудно было подобраться к нам незамеченной. Я коротал время, наблюдая за жизнью пиратов. Кто-то ловил рыбу, наверное взяв удочки на шхуне, несколько человек стали купаться, да очень скоро с криком выскочили на берег, наверное заметив акул.
