… Вот живёт в небольшой землянке одна семья. Живёт себе и живёт, нигде не туго.
Но вот случилась у них беда, охватило их отчаяние, да такое, что ни есть, ни спать они не могут.
Встаёт среди ночи старший член семьи, человек по имени Торн, будит своего младшего брата и говорит:
– Вставай, собирайся в путь, чует моё сердце смущение.
Идут они с по полю, подходят к реке, плещут в лицо холодной водой.
Умылись, освежились, принялись разговаривать. Говорит Торн своему брату, Хранку:
– Чует моё сердце, идут на нас силы тёмные, не устоять нам против них.
Юный Хранкрассмеялся задорным смехом и сказал:
– Вот это мне нравится! Мы поклялись, что будем убивать всех своих обидчиков, сквитаемся с каждым за смерть всякого нашего родича и поругание чести любой девушки нашего рода.
Торн так растрогался от этих слов, что даже заплакал.
– Ладно, – сказал он, вытирая глаза. – Вижу, ты мой брат.
И тут смотрят они, как с другого берега реки в воду сошли пять всадников и плывут к ним.
Вот они вышли на берег, стоят, с коней стекает вода. Впереди вождь, в длинном тёмном плаще.
Торн и его брат Хранк идут им навстречу.
Они о чём-то заспорили, тогда Торн сказал в сердцах:
– Что-либо одно: или делайте, как я вам говорю, или не просите моего совета вовсе.
– В распрях вообще мало проку, сказал вождь, сел на коня, и всадники поехали вслед за Торном.
– Чего они хотят? – тихо спросил Хранк у Торна.
– Мести нашим врагам, потому что наш враг Вереск многим насолил, многих обидел, а они хотят его осудить своим судом.
Хран довольно улыбнулся и сказал:
– Это хорошо, и сам бог нам послал этих людей. Но! Человек не может быть полностью осуждён, пока не состоялось изъятие его имущества. И хорошо бы, чтобы случилось это на пятнадцатую ночь после изъятия у него оружия. Тогда будет всё по правилам.
Хранк улыбался широко и радостно, он был вполне доволен таким поворотом дел.
Они взяли своих коней, взнуздали их и поехали впереди отряда мстителей, туда, где вдалеке виднелись главные постройки поселения.
Когда они уже почти подъехали, Торн предложил:
– Давайте спешимся, оставим здесь коней, а сами пойдём туда пешком, но не все, а только четверо. Остальные пусть останутся с конями. 
