— Даст отпор! Не сомневайтесь: он каратист. И ножик с ним!
— Большой?
— Сувенир. На ручке маленькое копытце.
— Охотничий… А как с вещами? — Денисов постарался ничего не упустить. — Их много?
— Чемодан, сумка.
— Все в автоматической камере хранения?
— Да.
— А шифр?
— Мы записали. Я еще хотела подсказать ему, чтобы был осторожнее. Понимаете? Вокруг люди, все видят… Записку с шифром Павел сунул в верхний карман. Вытащат, потеряет!
Денисов задумался.
— Шифр помните?
— Только номер ячейки: 5103.
— Если бы у вас был паспорт, — сказал Денисов. — Боюсь, что у дежурного по камере хранения будут вопросы.
— Как же теперь быть? — она подняла голову.
— Я поговорю. Напишите заявление, перечислите вещи…
— Все?
— Хотя бы то, что сверху.
Тулянинова задумалась.
— У Павла кофта на четырех пуговицах. В сумке халат, бигуди. Бутылка шампанского.
— Я узнаю и вернусь, — Денисов поднялся.
Она остановила его:
— Я хочу, чтобы вы приехали в «Прагу» двадцать восьмого… — теперь Тулянинова выглядела побледневшей, глаза блестели.
— На вашу свадьбу?
— Да. С женою или один. Я даже не спросила, женаты ли вы. Тяжелая ночь. Вы столько сделали для меня…
— Спасибо. Право, не знаю.
— Должна быть интересная компания. Не пожалеете.
В автокамеры можно было попасть служебным проходом, минуя пищеблок. Денисов предпочел пройти перроном. Старое здание выглядело с перрона архаичным: острый конек крыши, круглый цоколь — начало века, смешение архитектурных стилей.
— Двести первый! — окликнул по рации Антон. — Какие новости?
— Пока ничего.
Заканчивался третий час. Мороз прихватил основательно — то в одном, то в другом месте асфальт стягивала глянцевитая предательская корка льда. Безлюдный перрон был по–прежнему залит пронзительным неживым светом.
— Иванов не появлялся? — спросил Антон.
— Нет.
— Я так и думал, — Антон вздохнул. — Звонили из восемьдесят четвертого отделения… Нас никто не слышит?
— Тулянинова в зале. Никто.
— Мужчина тот на Затонной улице…
Денисов заволновался:
— Умер?!
— Только что передали.
— Личность установлена?
— Не знаю, просили связаться позже. — Кто–то вошел в дежурку. Сабодаш поспешил закруглить разговор: — Ты где?
— У камеры хранения.
— Находитесь на дежурном приеме…
«Умер, — Денисов на секунду приостановился. — И все же ориентировки из восемьдесят четвертого отделения нет. «Позвоните позже». Видимо, у них своя версия, и они не спешат просить о помощи…»
Дежурный по камере хранения, молодой парень, сидел в застекленной будочке, не зажигая света, — по–видимому, спал. Денисов постучал по стеклу, дежурный тут же выскочил и, ни о чем не спрашивая, пошел следом. В отсеках пассажиров не было, большинство ячеек с вечера оставались открытыми.
— Проверим вот эту, — Денисов обернулся к дежурному.
— Что–нибудь случилось?
— Еще не знаю. — В другое время Денисов не преминул бы переброситься несколькими словами о хоккее: оба были болельщиками. — Сейчас увидим. Открывай.
Дежурный отвинтил контрольный винт, раздался звонок:
— Абсолютная пустота… Вещей нет… Хотя! — Дежурный попытался что–то вынуть, но Денисов перехватил его руку.
В дальнем углу ячейки блеснуло укутанное станиолем горлышко бутылки шампанского.
— Пусть пока стоит!
Дежурный посмотрел недоумевающе.
— На бутылке могли остаться отпечатки пальцев преступника. — Денисов осторожно прикрыл дверцу. — Запирай.
Дежурный поставил контрольный винт на место.
«Ну вот, — Денисов посмотрел на часы, сверил с табло. — Теперь еще и кража…»
Он вернулся на перрон. Фасад старого здания выглядел глухим. Над коньком крыши плавилось несколько звезд, морозных, затянутых паутиной облаков.
«Чем занимался инспектор Денисов после двух ночи? — подумал он о себе. — Что он выяснил, беседуя с Туляниновой?»
«Как вам сказать…»
Это была игра. Суть заключалась в том, что, пока инспектор Денисов распекал инспектора Денисова за бездействие, тот, оправдываясь, поднимался до неожиданных обобщений и гипотез.
«Ничего вам не удалось!»
«Что–то все–таки есть…»
«Например?»
Настоящий Денисов подумал:
«Мне кажется, я узнал и другую одежду Павла, которая лежала в украденном чемодане».
«Не названную Туляниновой?»
«Да. Сейчас проверим: не ошибся ли я?»
По другую сторону огромного цельного стекла Денисов уловил тревожный взгляд Туляниновой.
— Придется перечислить содержимое ячейки, — Денисов достал записную книжку, приготовился записывать. — Все оказалось сложнее, чем я думал.
Тулянинова вздохнула:
— Бежевый чемодан Павла. В чемодане сорочки, галстуки. Кофточка, о ней я говорила… Костюм.
«Вот оно!» — Денисов не выказал волнения, хотя уже знал, что это за костюм.
— Бархатный? — спросил Денисов. — Коричневого цвета?
— Да! Бархатный коричневый. — Она удивилась: — Как вы догадались?
— Сейчас модно.
«Я не ошибся, связав вместе исчезновение вещей и кражу на Казанском, — подумал Денисов. — Вещественные доказательства, — он имел в виду письмо с угрозой и бутылку шампанского, — надо срочно отправить дежурному эксперту».
