- Это сестра. – бросил взор через плечо на Марка, хмуря брови. – Тебе звонит. Тут еще сообщение, - он пальцем махнул по экрану, набирая код разблокировки. – Хочет, чтобы ты ее забрал.
- Забери ты. У меня есть пара нерешенных вопросов, - отозвался Тасманов, слыша внизу захлебывающийся писк.
- Марк…
- Мне некогда, Антон, - бросил, опуская взгляд к парню и не видя, как друг закатил глаза.
- Потом она себя накрутит! – рыкнул раздраженно, бросая его Айфон и забирая свой. – Помяни мое слово. Сам будешь с ней разбираться. Больше в ваши драмы меня не впутывайте.
- Как накрутит, так раскручу обратно. Ей уже никуда не деться, - еще немного надавил, обращаясь уже к Вадику:
- Так, Вадик, выбирай: веселые каникулы в тюрьме строгого режима с озлобленными, охочими до молодых прелестей, мужиками, или снимаем классную видюшку?
Ответа Антон Канарейкин не услышал, захлопывая дверь за собой. Проходя мимо улыбчивого администратора, заверил, что тренировка проходит прекрасно и ребята отлично проводят время. Им совсем следящий робот не нужен, тренер тоже не нужен, а за дополнительную плату не стоит делать никаких видео внутри тренажёрного зала. Мало ли чем пара ребят решили заняться в этот прекрасный, на удивление солнечный осенний день.
- Поверить не могу.
- Боже, - Алиса со стоном опустила голову на руки, будто пытаясь скрыться от пристального взгляда друзей. Влад беспомощно покосился на Настю, а в ответ лишь пожала плечами, словно говоря, что не знает, как поступить. В их семьях никогда ничего не было секретом. Случай с наркотиками это отлично показал. Семья – это семья. Друзья – это семья. А в семье не может быть секретов. Кроме одного – Елисей о-прежнему ни о чем не подозревал.
- Твои родители тоже знают, да? – с надеждой на отрицание спросила Ежова, подняв глаза на подругу, но та лишь сочувственно коснулась ее руки. – Вот же…
- Прости, мама не могла скрыть такое отца, сама понимаешь, - Канарейкина потянулась к бутылке с водой, откручивая голубенькую крышку и делая пару глотков. В коридоре здания факультета журналистики было почти пусто. Свободное окно – прямо перед физкультурой и возможность поговорить без свидетелей. Отличный повод, тем более в последние несколько дней им было совсем не того. Пока Алиса приходила в себя дома, семья Насти разбиралась с последствиями не без поддержки семьи Радовых и Тасмановых. Они даже с Марком в эти дни толком не виделись. Она так и не узнала, о чем они говорили с ее отцом. Тасманов ничего не сказал, а добиваться правды от папы девушка не стала – бесполезное дело, только переругаются.
- Представляю, что они сейчас обо мне думают, - с грустной улыбкой Алиса прислонилась головой к стенке, услышав рядом раздраженный вдох.
- Страдать теперь годами будешь? – проворчал Влад недовольно, оглядывая ее. – Было и было. Признайся ему. Елисей с ума сходит, чего только уже про себя не решил. Рвался в полицию, узнать вдруг кого… ну…
Настя закатила глаза, пихая парня в бок и прорычав:
- Ты захлопнешься, рыжий?
- Да молчу я!
Настя вновь перевела взгляд на подругу, качая головой и подходя ближе. Ее желания молчать она не понимала в упор. Никто не понимал, но такого было право, и они все согласились на него. Если Елисей одна все узнает, вряд ли им всем поздоровится. Потому оглядывая унылые серые сены здания, девушка глубоко вздохнула.
- Уже выяснили зачем девчонка ему подмешала наркотик в напиток? – спросила Алиса хрипло, почувствовав, как рядом пристроился к подоконнику, на котором она сидела, Влад. Дернув лист стоящей рядом пальмы в коричневой кадке среди нескольких таких же растений, переглянулся с мрачной Настей.
- Не-а, ребята не говорят, - он смял зеленый листок между пальцами, наблюдая за тем, как тот выделяет вязкий сок из трещины и помрачнел.
- Я бы этой сучке засунула ее наркотики в одно место, - прорычала Настя, сжимая кулак.
Раздражение рвалось наружу вместе с не выплеснутыми переживаниями за брата и немного себя саму. В первом случае – Елисей был срочно отправлен отцом отдыхать. Подальше, на свежий воздух, прямо в загородный дом без связи и нормального интернета под присмотром бабушек и дедушек. Курорт среди леса шел на пользу парню. При последнем звонке он уже меньше ворчал на несправедливость, найдя некое успокоение среди рослых сосен, лиственниц, дубов и диких кустарников. Видимо орущий по утрам петух да козы со свинками приводили нервы в порядок. Хотя он по-прежнему иногда задавался вопросом кто, с кем и что было той ночью.
Алиса спрыгнула бесшумно с подоконника, покосившись на улицу через стеклопакет и вздохнув, стянула пакет с формой вместе с сумкой.
- Пойдемте. Раньше придем в раздевалку, раньше закончим, - кивнула ребятам, однако Настя замешкалась, достав Айфон и вызвав у друзей неудомение.
- Ты чего? – спросил Влад, наклоняя голову.
- Вы идите, а я, наверное, прогуляю. Форму не взяла, - поморщилась, кивая на свое светлое платье и полуботиночки на устойчивом каблуке, будто намекая, что с таким образом никакая тренажерка ей не светит. Ежова закатила глаза, а Радов фыркнул.
