В сравнении с предыдущим сборником моих стихотворений, который назывался "Два часа", этот меньше по размеру, но на порядок лучше по качеству содержания. Это уже не стихи для влюблённых подростков, но ещё не произведения высшего класса. Тем не менее, это часть моей биографии, неотъемлемая часть большого творческого проекта, магнум опус. Это фиксация того периода моей жизни, который можно назвать студенчеством. Переосмысление ценностей, новая любовь, тяжёлые экзистенциальные переживания – всё то, что представляет ценность человеческой мысли.Содержит нецензурную брань.
Мои сборники стихов автобиографичны. Так – в первом сборнике «Два часа» Я писал о том периоде Своей жизни, на который пришлась первая настоящая любовь и учёба в старших классах школы. Этот сборник более взрослый и трезвый. Охватывает поступление в университет, затем отчисление, разрыв первых отношений, новую влюблённость и вступление во вторые в Моей жизни отношения. Тематики любви, меланхолии и взгляда из позиции аутсайдера Я разбил здесь более подробно на конкретные микропериоды жизни. Приятного погружения.
Я однажды уже говорил:
«Всё повторяется,» -
Даже если вам это не нравится,
Всё в мире циклично.
Я на себе испытал этот опыт,
Во Мне что-то умерло истерично,
Однажды Я это уже пережил,
Но коли Вселенная этого хочет,
Я воскресну вторично.
Пять часов сегодня спал –
С болью головной проснулся.
Снилось Мне, что тёплых стран
Больше нет, Я окунулся
В мир войны и вечной боли,
Этой боли головной.
Снилось Мне, что жизнь – поле,
В этом поле Я с Тобой.
Вдруг на Нас слетелись бомбы,
И бомбят себе убийцы.
Я спасу Тебя любовью,
Если раз ещё приснится.
Я скачу по кухне злобный,
Я ищу таблетку эту,
Что избавит от той боли,
Что мешает жить поэту.
Пророню из глаз Я слёзы
Одиночества, но счастья.
Нет, не зря Мне эти грёзы
Вдруг приснились. Не напрасно.
Осознать теперь могу,
Кто Я есть и чем Я болен.
Боль Свою Я превращу
В смысл жизни здесь, на воле.
Буду счастлив и доволен.
Я схожу с ума,
Ненавижу Свои мысли.
Везде подвох увижу Я.
Мешки под Моими глазами свисли.
Моя голова с каждым днём тяжелее,
Я жду, когда тёплый Мне ветер повеет,
Он унесёт Мои мысли злые,
Паранормальные и плохие,
Освободит воспалившийся мозг,
И сердце горящее стает, как воск.
Я об этом писал сотни раз,
Это чувство из ниоткуда,
Оно поглощает всех нас,
И выходов здесь не придумать.
Я быстро привыкаю,
Мне тяжело отпустить.
Порою, грустно бывает,
Но это и есть Моя жизнь.
Хватит быть таким трусливым,
Я хочу быть сильным, смелым.
Мой характер, как резина:
Можно мять обычным смертным.
Я от этого устал.
Теперь будут измененья,
Предстоит Мне наверстать
Замкнутости упущенья.
Успех рождается в голове,
Хватит сидеть без дела.
Не можешь поверить? Ну что же – не верь.
Просто примись за работу ты смело.
Легко заработать огромные деньги,
Легко поступить в институт,
Легко будет жить, если в это поверить,
Тебе все блага сами в руки придут.
Я не могу рисковать всем, что у Меня есть,
Потому что есть слишком много.
Только рискнув, ты возьмёшь свой успех,
Лишь рискнув, добьёшься чего-то.
Я пробиваю Свой собственный путь,
Пытаюсь делать, как лучше,
Но Мне попасть суждено в толпу:
В толпу сердец заблудших.
Будь со Мной ласковой,
Девочка.
Любовью не братской,
А вечною
Полюбил Тебя Я годы назад,
Отвечали Мне нежностью Твои глаза.
Не знаю, как теперь благодарить
За то, что по-другому вижу мир,
За то, что не оставила Меня,
Когда в душе была слеза,
Когда покрыты были льдом сердца,
За то, что полюбила Ты Меня.
Карамельная шея с Моими губами
Гармонично смотрится и совпадает.
Шея Твоя, нежная, мягкая,
Пахнет так вкусно, карамель яркая.
Целовал бы её восклицательно, нежно,
Потом закрывал бы от хлада одеждой,
Потом бы кусал, не сдержался бы, словно
Меня изнурили жаждою, голодом.
Кожа Твоя карамельного цвета
Сводит с ума и звезду, и планету,
И, конечно же, сводит с ума и Меня,
Хоть Я не планета, хоть Я не звезда.
Вылетают они из тоннеля,
И Я чувствую: «Что-то знакомо».
Я ошибся, видать, когда верил,
Что прогнал Я свободу надолго.
И что же теперь Я имею,
Ведь вижу Её в каждом поезде.
И любовь теперь – нервная, в поиске,
Но свобода – верёвка на шее.
Чувствую Я, что нельзя было ссорить их,
Как Мне теперь тут не сдохнуть от совести,
Теперь Я имею обманутые ожидания,
Ведь поезда – это не авиакомпания.
Свобода вернулась оттуда, где ездили,
Оттуда, откуда не могут вернуться.
Теперь она в голоде жаждет возмездия,
Ждёт Любовь в страхе. Надеюсь, сойдутся.
Моногамия – это то, что лечится?
Если так, Я здоров или болен?
Если вдруг Я Своей беспечностью
Омрачил то, что было любовью?
Если вдруг не такой Я хороший,
Каким думалось в первый взгляд?
И Я чувствую Себя виновным,
За то, что в руки не смог Себя взять.
Я не мог не посвятить Вам стих,
Кто заставил Меня сомневаться.
Я уже всё в Себе победил,
Но закончилась ли война та?
Моногамия – это то, что лечится?
Если так, Я здоров или болен?
Почему же душа Моя мечется?-
Потому ли, что выбрал волю?
Что-то вновь Меня тошнит,
Может быть, от голода,
Может, потому что вид
Из окна уродливый,
Может, потому что брошен,
Может, просто разозлён,
Может, Я расстался с Тою,
Воду потушив огнём,
Кто хотел со Мной быть вместе,
Кто любил Меня, но Я
Ошибаюсь, как всегда.
Столько лет Меня любили,
Я всё потерял на свете.
