— Недавно на одной ничем не примечательной свадебке два боевых барана расквасили напудренный носик какой-то фифы, что спит с местным дядей голубых кровей. Примечательно что чуть позже оба барана были найдены с перерезанными глотками в погребе того самого места, где проходила свадьба.
— Ну а мы здесь при чем? Все наши бараны целы, с тех пор как высадились близ Занзарина ни одного происшествия, – недоуменно спросил Дестен.
— Сейчас всё проясним Братик, не переживай. Там поднялось очень много вопросов откуда вообще те два барана взялись и ответ нашелся у нашего нового друга Митэра. Двух баранов привел его допроситель – Энфер Котар.
Команду за столом пронзили беспокойные перешептывания.
— А зачем он прирезал своих людей?
— За разбитый нос той дамы скорее всего. Обознались на слежке, получили наказание. В духе Котара.
— Игла следил за Фальдеями? – снова заговорил Шонан.
— Скорее всего Игла следил за олухом которого захомутала Рейсена, точнее искал его спутницу на свадьбе Фальдеев, – резко прекратил лишний шум капитан Атилакс. – Пострадавшая дамочка по описанию очень похожа на то, что из себя корчила Рейсена. Он как-то на неё вышел и сейчас ищет. Других объяснений нет.
— А как же слухи о том, что арестовали дворецкого? – спросил кто-то из команды.
— Может для отвода глаза. Может кто-тое ещё что-то видел и заговорил. Я не знаю. Главное, что Игла нашел зацепку и сейчас будет прошивать всё что сможет. Так что нужно исчезнуть, хотя бы на время.
— А я говорил, что пусть этот Митэр сам разбирается! Зачем вообще Рена туда поперлась? – возмутился Шонан.
— Я хотела проследить чтобы он довел дело до конца. А когда увидела чистенький синий мундир Фальдея, то не смогла удержаться чтобы немного не испачкать его кровью. Тебе не понять, ты у нас слишком ласков, Шонан.
Дестена это замечание рассмешило, и он толкнул друга локтем.
Капитан же осадил Рейсену тяжелым взглядом, хоть ничего и не сказал.
— Прости, – ей пришлось виновато ретироваться.
— В общем я вас созвал не для обсуждений. Завтра все возвращаются на «Ночь» ждать команды к отплытию. В Занзарине остаются только Варгаро чтобы вести дела с Варидом и Братья чтобы пополнять нашу казну. Свободны.
Рейсену капитан придержал за локоть, когда она собиралась уйти.
— Нам нужно поговорить. У тебя.
Ничего не оставалось, пришлось подыматься обратно и ждать. Сколько? Столько сколько необходимо, ибо дядю лучше зазря не сердить. На этот раз получилось около получаса.
Рейсена начала говорить, как только приоткрылась дверь, пока капитан Атилакс даже не успел переступить порог.
— Дядя, я не хотела грызться с Шонаном, меня просто взбесило как они обсуждают меня будто меня там нет!
— Меня это мало беспокоит, потому что как я тебе говорил это испытание для твоей совести не более. Ты знаешь, что они тебя не тронут ни при каких обстоятельствах из уважения ко мне и к твоему отцу. В чем тогда характер задирать их? Обыкновенная трусость.
— Я…
— Не перебивай. Я к тебе пришел не за Шонана мозги вправлять, – Атилакс беспокойно водил по комнате глазами будто что-то искал. – Мы сейчас близки как некогда к нашей цели и нельзя допустить чтобы проколы случались на дальних берегах. Скажи мне, ты хочешь отомстить синим за своего отца?
Рейсена виновато покачала головой. Однако в глазах ее тлела ярость.
— Тогда не нужно срывать свою злость на любом попавшемся офицере. У нас есть план. Мы сожжем их страхом. Страх будет выполнять роль пороха в бочке, которая уже практически заполнена до отказа. Нужна только искра. Мы понимаем, что искрой могут послужить даже жизни наших людей, но эта та цена, которую стоит заплатить! Ты согласна со мной?
Она снова закивала головой, уже без груза вины. Её не интересовали жизни тех, кого дядя Атилакс называл «нашими», ее интересовали только жизни синих. Как можно больше жизней синих сволочей что забрали детство у маленькой девочки. Забрали отца. Забрали маму.
— А когда страх разгорится в ужас — мы будем рядом чтобы этим воспользоваться, – он подошел к ее кровати и достал драгоценный тряпичный сверток. – И тогда ты сможешь пустить её в ход. Хотя я мечтал, что эта судьба пройдет мимо, но в тебе слишком много крови твоего отца, Вишенка.
По разгоряченной душе пробежались холодные коготки воспоминаний.
Вишенка. Так ее называл отец. Рейсена это темная вишня каком-то старом языке. У них дома рос целый сад рейсен в котором они часто любили гулять вместе: отец, мама и она. Вандалы королевской армии уничтожили сад, вместе с ним и ее настоящее имя. С тех пор, в памяти для себя она Рейсена – тёмная вишня. Вишенка.
— Она ведь еще не заточена, верно? – он развернул сверток и достал шпагу с громадным карминовым камнем в черном эфесе. – Хотя…когда ты успевала присматривать за ней?
— Всегда.
Рейсена занималась ею каждый день. Шпага уже давно готова. Как готова и сама Рейсена. Оставалось лишь дать им обеим, скрепленным общим гневом, дорогу и волю.
Дядя Атилакс тяжело вздохнул и сочувствующе посмотрел на племянницу.
