Они идут по проходу седьмого вагона. Он знает, что человек за его спиной — всего лишь школьник, всего лишь ученик средней школы, но его не оставляет тревожное чувство, будто его преследует чудовище, готовое сожрать его в любой момент. «Я что, боюсь этого ребенка?» Этот вопрос тоже кажется ему подернутым туманом и расплывчатым. «Неужели обыкновенный школьник действительно может обладать силой, которая позволяет ему угрожать другим людям — взрослым людям, заставлять их бояться его?» Кимура встряхивает головой, прогоняя от себя эту мысль.
Когда они входят в тамбур, то обнаруживают там высокого человека, который стоит, прислонившись к стене сбоку от двери. Его руки сложены на груди, он выглядит скучающим. Глаза у него жесткие и злые, но голова окружена ореолом волос, похожих на солнечные лучи, нарисованные маленьким ребенком.
Кимура узнает его — это один из двоих молодых людей, которые только что прошли через седьмой вагон.
— Никак это Перси… — произносит парень бесцветным голосом.
Кимура никогда не слышал о Перси, но он догадывается, что это персонаж какого-то шоу.
— Что вы здесь делаете? — спрашивает Принц.
— Я? Жду, когда освободится туалет, — отвечает мужчина, указывая на закрытую дверь общего туалета для мужчин и женщин. Они стоят слишком далеко, чтобы увидеть цвет индикатора на замке, но туалет, должно быть, занят. — Я жду, когда человек, который там находится, выйдет.
— Там ваш друг?
— Мандарин ушел вперед.
— Мандарин?
— Ага, — с гордостью отвечает парень. — Я — Лимон, а он — Мандарин. Кислый и сладкий. Какой тебе больше нравится?
Судя по всему, Принц не понимает вопроса и только молча пожимает плечами.
— А ты что, всегда ходишь в туалет вместе со своим отцом?
«А ведь верно, — вдруг понимает Кимура, — должно быть, со стороны выглядит так, будто этот отвратительный ребенок — мой сын». Затем он ловит себя на мысли, что пытается представить себе это, как если бы это было правдой.
Синкансэн дрожит и раскачивается из стороны в сторону. Кажется, будто поезд со всех сторон терзает яростный ветер. Это ощущение напоминает Кимуре о времени, когда он бросал пить и ему требовалась каждая капля его воли, чтобы бороться с желанием напиться. В те дни сурового воздержания его трясло еще сильнее, чем сейчас трясет синкансэн.
— Этот человек не мой отец, — говорит Принц. — Я скоро вернусь, дедуля.
Направляясь в кабинку с писсуаром, он одаривает Кимуру такой невинной и очаровательной улыбкой, что в груди теплеет от одного взгляда на нее. Кимура знает, что эта реакция инстинктивна и лишена какой-либо разумной основы, но это заставляет его хотеть простить Принца за все.
— Подожди меня здесь, дедуля.
Кимура знает, что Принц действительно имеет в виду, что он должен ждать его здесь и не говорить ничего, чего он не должен говорить. Он неожиданно чувствует себя неловко под пристальным и раздраженным взглядом парня с взъерошенными волосами.
— Эй, старик, — говорит Лимон без предисловий. — Ты ведь алкаш, верно?
Кимура отводит взгляд.
— Я угадал, да? Я знал много алкашей, так что обычно сразу могу сказать. Мои мать и отец оба были алкашами. Оба родителя с одинаковой зависимостью, ни один не сдерживал другого, некому было нажать на тормоза, так что все становилось только хуже и хуже с каждым днем. Как в «Томасе и его друзьях», когда Дака толкнул товарный поезд и тот не смог остановиться и врезался в парикмахерскую. Точно так же. «Спаси-и-те, я не могу-у-у останови-и-ться!» Вся жизнь катится по наклонной. Я ничего не мог с этим поделать, так что просто старался соблюдать безопасную дистанцию и прятался в углу. Мой приятель Томас спасал меня от отчаяния и помог мне выжить.
Кимура не понимает половины из того, что говорит ему Лимон, но он угрюмо ему отвечает:
— Я больше не пью.
— Ну да, конечно. Но когда алкаш делает глоток, это всё. Я хочу сказать, посмотри на меня. Невозможно сопротивляться собственным генам, так что я вообще никогда не пью. Только воду. Забавно, да, алкоголь и вода — и то, и другое мокрое и прозрачное, но при этом они совершенно разные. — Он приподнимает бутылку с минеральной водой, которую держит в руке, откручивает крышку, делает глоток и весело добавляет: — От алкоголя в голове становится мутно, а от воды ровно наоборот, вода помогает тебе мыслить яснее.
Сначала Кимура сам этого не осознает, но чем больше он смотрит на жидкость в бутылке у Лимона, тем больше она напоминает ему бренди, сладкий и вкусный, который исчезает у Лимона в горле. Кимура сглатывает.
Движение и тряска поезда не ощущаются как ритмичные и механические — он мчится вперед как громадное живое существо, время от времени будто приподнимаясь над землей и плывя в воздухе. Ощущение краткого полета, за которым следует внезапный толчок, кажется Кимуре ирреальным.
