— Пожалуйста, говорите тише, — шепчет Нанао ему в ухо. Он чувствует, как тикают часы, практически слышит приближающиеся шаги Мандарина. В любую минуту, в любую секунду он может войти сюда…
— Что ты делаешь, братишка? — спрашивает его хорошо сложенный мужчина в женской одежде.
— У меня нет времени. Пожалуйста, сделайте, как я попрошу, — говорит Нанао так быстро, как только может, затем пытается сказать снова, отбросив свой вежливый тон: — Делайте, как я говорю. Если сделаете, я дам вам денег. Если нет — сломаю ему шею. Я не шучу.
— О чем ты говоришь? — Мужчина в женской одежде не выглядит напуганным, скорее удивленным.
Нанао отпускает бородатого мужчину и снова разворачивает его к себе лицом. Затем нахлобучивает ему на голову парик.
— Иди обратно в первый вагон на свое место. Эту штуку не снимай. Скоро придет кое-кто. Когда он подойдет к тебе, позвони ей.
Нанао вдруг понимает, что обратился к переодетому мужчине в женском роде, но парочка, похоже, совершенно не возражает.
«Что дальше? Что делать дальше?» Его голова работает на максимальных оборотах, составляя планы, набрасывая чертежи, стирая их и пробуя заново.
— Зачем мне ей звонить?
— Просто набери ее номер, чтобы телефон зазвонил, потом сбрось.
— Набрать номер и сбросить?
— Вам не нужно будет разговаривать. Это просто условный сигнал. Скорее, времени совсем нет. Поторопитесь.
— Эй, значит, я просто должен делать то, что ты говоришь? Да кто ты такой вообще?
Вместо того чтобы спорить, Нанао достает свой кошелек и вытаскивает из него банкноту в десять тысяч иен, затем заталкивает ее мужчине в нагрудный карман рубашки.
— Это твое вознаграждение.
Глаза мужчины тотчас начинают блестеть, и Нанао чувствует облегчение. Если человека можно мотивировать деньгами, с ним просто иметь дело.
— Если все сделаешь правильно, дам тебе еще двадцать тысяч.
Еще мгновение назад испуганный, мужчина загорается энтузиазмом и спрашивает:
— Сколько времени мне там оставаться? И кто конкретно придет?
— Молодой человек, высокий и хорошо сложенный, — Нанао слегка подталкивает мужчину, чтобы тот уже начал двигаться.
— Хорошо, хорошо, я понял, — мужчина поворачивается и направляется в первый вагон. В парике он выглядит довольно нелепо. На полпути останавливается и оборачивается. — Послушай, это ведь не опасно, да?
— Совсем нет, — уверенно отвечает Нанао. — Абсолютно безопасно.
«Абсолютное вранье», — мысленно укоряет он себя, испытывая угрызения совести.
Мужчина все равно выглядит неуверенно, когда, шаркая ногами, уходит в первый вагон. Нанао чувствует примерно то же самое. Он поворачивается к кроссдрессеру:
— Ты пойдешь со мной.
К счастью, она не выказывает никакого желания сопротивляться Нанао — даже выглядит заинтересованной и покорно следует вместе с ним к двери туалета.
— Ты такой симпатичный… Я с удовольствием тебе помогу.
Нанао мгновение удивленно на нее смотрит, затем торопливо отвечает:
— Мужчина, который скоро сюда придет, еще симпатичнее. Слушай меня, он придет вот оттуда в любую минуту. Пока не придет, стой здесь.
— О, сюда направляется фотомодель?
— Когда он придет, иди в туалет. Убедись в том, что фотомодель заметил, что ты зашел в туалет.
— Зачем?
— Просто сделай это, — говорит Нанао с нажимом.
— А что потом?
— Я скажу тебе в туалете.
— В смысле, как это — в туалете?
Нанао уже открыл дверь туалета и стоит там одной ногой.
— Я буду ждать тебя здесь. Как только увидишь этого мужчину, сразу заходи. И ни в коем случае не позволь ему понять, что я здесь.
Кроссдрессер вовсе не выглядит так, будто он вполне уяснил, что от него требуется, но слишком рискованно тратить время на дальнейшие объяснения.
— Просто сделай, как я сказал. И если по какой-то причине он не появится в течение ближайших десяти минут, тоже заходи внутрь.
Нанао заходит в кабинку, закрывает за собой дверь и встает рядом с унитазом. Нельзя быть уверенным, сработает это или нет, так что ему нужно занять наиболее выгодную позицию, чтобы броситься на Мандарина, если тот войдет. Он прижимается спиной к стене.
Через некоторое время дверь открывается. Нанао напрягается, готовый защищаться.
— …Сейчас описаюсь, — говорит мужчина в женской одежде, заходя внутрь, затем закрывает дверь и защелкивает замок.
— Он пришел?
— Да, очень симпатичный. Он правда мог бы работать фотомоделью, с такими-то длинными ногами…
«Мандарин». Несмотря на то что Нанао ждал своего преследователя, его желудок болезненно сжимается.
— Ну вот мы и одни, и в таком тесном пространстве… — говорит кроссдрессер и подходит к нему ближе, покачивая бедрами и сложив губы для поцелуя.
— Веди себя тихо, — жестко говорит Нанао, стараясь быть настолько угрожающим, насколько может. Он никогда не был хорош по части устрашения, к тому же не может точно сказать, действительно ли она пристает к нему или просто шутит, но в любом случае нужно заставить ее вести себя тихо. Кто-нибудь снаружи может их услышать.
