Не видя ничего вокруг, я быстро прошагала к выходу, села в машину и поехала куда глаза глядят. Я не знаю, как я ехала, это происходило на автомате. Весь мой разум был поглощен новым воспоминанием и тем, что произошло пару часов назад в моей комнате. Я настолько запуталась, что в панике не могла понять, что мне делать, кому можно доверять и что делать дальше со своей жизнью. Самое главное, что могло бы мне помочь – это моя память, но этого самого главного не было.
Я не знаю, сколько я ехала, как и куда. Неожиданно для себя я выехала к какому-то дому, но еще более неожиданно было то, что этот дом я откуда-то знала. Это был небольшой, но очень красивый двухэтажный деревянный коттедж с достаточно большой территорией. На территории были клумбы, пихты, яблони, но все в таком состоянии, как будто тут очень давно никого не было. У меня было ощущение, что я тут была и не один раз. Я решила посмотреть по карте, где я нахожусь и взяла телефон. Там я увидела несколько пропущенных звонков: от Максима, папы и Марка, а также сообщение от Максима: «почему ты отменила прием? Нам необходимо поговорить, возьми трубку».
Поморщившись, я кинула телефон на заднее сидение и вышла из машины.
Мое любопытство заставило меня пойти внутрь. Всю территорию от остального пространства ограждал небольшой железный заборчик, на калитке которого весел замок. Я без особого труда перелезла через забор и неуверенно зашагала к дому. Все тут мне было знакомо. Подойдя ко входу, я постучалась в дверь, на всякий случай проверяя жильцов, но, естественно, никто не открыл. Я знала, что на заднем дворе должна стоять садовая качель, небольшая беседка и площадка для барбекю. Я аккуратно обошла дом, боясь попасться кому-либо на глаза и увидела все, о наличии чего знала. Я была очень удивлена: чей это дом? Почему машинально, находясь в состоянии аффекта я приехала именно сюда? Что со мной происходило? Почему мне тут все так знакомо? Я обошла всю территорию, но ничего, что помогло бы мне восстановить еще какой-нибудь кусок своей памяти, я не нашла. Я села на качели и, укутавшись в свой шарф, начала думать…
Я не заметила, как стемнело. Мои пальцы онемели от холода, и я пошла в машину. Взяв телефон, чтобы все-таки понять, где я нахожусь и как мне доехать обратно, я увидела уйму пропущенных звонков и сообщений, но меня это мало интересовало. В моей голове был определенный план и установки, что уже меня радовало:
Во-первых, не доверять никому. С этого дня я пообещала себе не доверять даже новым людям в моей жизни, пока я действительно не пойму или вспомню, что они никак не связаны с моим прошлым.
Во-вторых, любыми путями я должна была что-то выяснить о прошлом находясь в родительском доме. Я должна обыскать все углы, продумать и проверить все версии.
В-третьих, я должна найти работу, чтобы финансово не зависеть от родителей, а также найти квартиру и как только с пунктом 2 будет закончено, мне будет необходимо съехать из этого проклятого места.
Самое главное – я должна была отключить все чувства, чтобы мой чистый и холодный разум мне помогал найти правду, а не мешал. Когда я вернулась домой, папа и Марк меня встретили с встревоженными лицами, а мамы нигде не было. Они настойчиво расспрашивали меня о том, где я была, но я ничего не отвечала.
– Отдохни немного, а после этого зайди ко мне в кабинет, – обратился ко мне отец. – Нам нужно поговорить, – он бросил на меня жалостливый взгляд и удалился, я проследовала в свою комнату.
Я не знала от чего мне было противнее: от вранья, которое меня окружало, или от этих жалостливых взглядов, которые на меня все бросали. Спустя пять минут моего заточения в своей комнате раздался стук. Это был Марк.
– Можно? – поинтересовался он.
– Если я скажу нет, тебя это остановит? – холодно спросила я.
– После того, что с тобой сегодня случилось, ты изменилась, – я ничего не ответила, только смерила его безразличным взглядом. – Что она тебе сказала?
– Это не имеет никакого значения.
– Имеет! Я видел в каком ты состоянии была, это имеет значение!
– Марк, – начала я, медленно подходя к нему. – Знаешь, что действительно имеет значение? – он вопросительно смотрел на меня. – Правда! – я не сводила с него глаз, он побледнел. – Правда имеет значение. Ты никакую правду мне не хочешь рассказать?
– Что ты имеешь в виду? Что ты узнала? – почти заикаясь спросил он.
– А что я должна была узнать?
– Ничего!
– Ты уверен?
– Кэрол, прекрати! Я уверен! – напряжение не сходило с лица моего брата.
– В таком случае, выйди из моей комнаты.
Впервые мой старший брат, не споря со мной, быстро сделал то, что я ему сказала. Я решила не давать Марку и папе время на консилиум по поводу моего странного поведения и сразу пошла в отцовский кабинет.
– Ты хотел со мной поговорить? – спросила я, заходя в его обитель.
– Да, садись! – он показал на кресло, и я в него опустилась. Он расположился рядом. – Я не знаю, что у вас с мамой сегодня произошло, но мне очень хотелось бы узнать.
– Где она сейчас?
– Мама? – уточнил он, я кивнула в ответ. – Она сейчас у подруги, завтра вернется.
– Понятно.
