Современный стих, принявши в себя колдовское начало Музыки, стал многогранным и угадчивым. Особое состояние стихий и прикосновение души к первоистокам жизни выражены современным стихом ведовски. Не называя имен, которые, конечно, у всех в памяти, как прославленные, я беру две напевности из двух разных поэтов, независимо от соображений общей оценки, историко-литературной, лишь в прямом применении примера чаровнической поэзии: «Печать» Вячеслава Иванова, где внутренняя музыка основана на Ч, П и немотствующем М, и «Венчание» Юргиса Балтрушайтиса, где взрывно метелистое буйное Б, вместе с веющим В, дает мелодию смертного снежного вихря.
В этом страшном напеве, где поэт изобличает не только магическое понимание звука М, но и мудрость сердца, что в ужасе немеет, все душно, тесно, тускло, мертво, любовь – проклятие, любовь – препона. В напеве Балтрушайтиса, широком и вольном, не теснота комнаты, а простор солнечного зрения, не любовь как проклятие и смерть, а смерть как благословение и любовь.
Магия знания может таить в себе магию проклятия. Опираясь на понимание точного закона, мы можем впасть в цепенящее царство убивающего сознания. Есть ценная истина, хорошо формулированная певцом Ветра, Моря и человеческих глубин Шелли: «Человек не может сказать – я хочу написать создание Поэзии. Даже величайший поэт не может этого сказать, потому что ум в состоянии творчества является как бы потухающим углем, который действием невидимого влияния, подобного изменчивому ветру, пробуждается для преходящего блеска.
Эта сила возникает из недр души, подобно краскам цветка».
