Памятники русским победам – это другая, очень важная сторона «sensibility» (чувствительности) Царского. Их, напротив, было в Царском немало.

Заслуживает внимания то обстоятельство, что памятники русским победам изображаются Пушкиным в «Воспоминаниях в Царском Селе» в оссиановском духе.

«Воспоминания» начинаются с картины столь характерной для Оссиана ночи:

Навис покров угрюмой нощиНа своде дремлющих небес…

И далее идут образы, типичные для Оссиана:

С холмов кремнистых водопадыСтекают бисерной рекой.

Чесменский памятник

…окружен волнами,Над твердой, мшистою скалойКругом подножия, шумя, валы седыеВ блестящей пене улеглись.

О Кагульском обелиске говорится:

В тени густой угрюмых сосенВоздвигся памятник простой.

Сосны реально окружали когда-то Кагульский обелиск, но эпитет «угрюмые» подчеркивает их характерность для оссианического пейзажа.

Характерно также заканчиваются стихи «Воспоминания в Царском Селе». В. А. Жуковский назван в них «скальдом», и это не оставляет сомнений в том, что многочисленные оссианические образы и мотивы «Воспоминаний» употреблены вполне сознательно:

О скальд России вдохновенный,Воспевший ратных грозный строй,В кругу товарищей, с душой воспламененной,Греми на арфе золотой!Да снова стройный глас героям в честь прольется,И струны гордые посыплют огнь в сердца,И ратник молодой вскипит и содрогнетсяПри звуках бранного певца.

Несмотря на наличие памятников русским победам, «садом пышности» Голландский сад перед Екатерининским дворцом никогда не был, но совмещение архитектурного стиля с пейзажным в «садах Лицея» происходило во времена Пушкина тем легче, что деревья в Голландском саду уже достаточно разрослись. Совмещение обоих стилей отнюдь не уменьшало силу воздействия «садов Лицея» на поэзию Пушкина, особенно в его лицейских стихах.

Особый характер эта «sensibility» имеет в описании родных Пушкину деревенских садов.

В сельских садах подчеркиваются Пушкиным тишина, отдых, философические размышления, чтение и прочее – мотивы, близкие царскосельским мотивам лицейских стихов, но значительно суженные.

В «Послании к Юдину» (1815) Пушкин так описывает свое селение Захарово:

Мне видится мое селенье,Мое Захарово; оноС заборами в реке волнистой,С мостом и рощею тенистойЗерцалом вод отражено.На холме домик мой; с балконаМогу сойти в веселый сад,Где вместе Флора и ПомонаЦветы с плодами мне дарят…

Чтение – одно из наслаждений сада:

Вот здесь под дубом наклоненнымС Горацием и ЛафонтеномВ приятных погружен мечтах.

Сад ассоциируется с философскими размышлениями на общие темы. В том же «Послании к Юдину» Пушкин пишет:

Уж вижу в сумрачной далиМой тесный домик, рощи темны,Калитку, садик, ближний пруд,И снова я, философ скромный,Укрылся в милый мне приютИ, мир забыв и им забвенный,Покой души вкушаю вновь…

В стихотворении «Домовому» Пушкин пишет:

Люби мой малый сад, и берег сонных вод,И сей укромный огородС калиткой ветхою, с обрушенным забором!Люби зеленый скат холмов,Луга, измятые моей бродящей ленью,Прохладу лип и кленов шумный кров –Они знакомы вдохновенью.

Итак, изучая эволюцию ви́дения Пушкиным природы в его лицейский период, необходимо принимать во внимание не только поэтические влияния (Грея, Томсона и пр.), но и те философско-эстетические концепции, которые лежали в основе садов и парков Царского Села, и появление новых для поэзии Пушкина мотивов, характерных для помещичьих садов.

Выход за пределы сада на лоно деревенской природы расширял кругозор Пушкина не только территориально, но и социально. Пример тому – стихотворение 1819 г. «Деревня». Оно делится на две части: в первой он воспевает мирную природу, во второй возмущается отнюдь не мирным социальным неравенством и несправедливостью:

Перейти на страницу:

Все книги серии Города и люди

Похожие книги