Девушка заперла дверь офиса, спустилась по лестнице и поняла, что радость её крайне преждевременна. Напряжённый Латунин стоял на крыльце и внимательно разглядывал большой чёрный внедорожник, припаркованный прямо напротив входа. Два смуглых крепыша стояли рядом, самодовольно улыбаясь и разминая кисти рук.
Пушкинские оборотни ждать не захотели.
— Александра, услада для глаз моих! — воскликнул один из парней. — Ты даже не представляешь, как я счастлив тебя увидеть! Как ты детка? Скучала?
— Не дождёшься, — как от зубной боли скривилась девушка. — Максим, мне казалось, что мы обо всём договорились. Этот человек под моей защитой, и я беру на себя ответственность за его поступки.
— Нет-нет-нет, — покачал указательным пальцем в воздухе Максим. — Я не собираюсь ссориться с тобой из-за своего бизнеса. Ты наверняка и знать не знала, где проводит вечера твой подчинённый. Он влез не в своё дело, стрелял в моего брата. Мы вообще-то деньги потеряли, которые уже сегодня должны были пойти на оплату других наших сделок. Так что, Сашенька, давай не будем ссориться. Александр Петрович сейчас спустится по ступенькам, сядет в машину и поедет с нами. У нас накопилось к нему несколько вопросов. Обещаю, что если он будет вести себя хорошо, то мы, может быть, даже отпустим его живым. Совсем целым не обещаю, а живым, может быть. Ты же знаешь, как трепетно и нежно я отношусь к тебе, моя золотая. Так уж и быть, сделаю для тебя одолжение.
С этими словами оборотень поманил Латунина к себе пальцем, а его напарник приветственно распахнул заднюю дверцу автомобиля.
— Он никуда с вами не поедет! — крикнула Санька, на всякий случай хватая за руку Латунина. Кто его знает, этого Александра Петровича, а ну как действительно решит поехать с оборотнями…
— Сашенька, ну мы же не будем с тобой драться? — широко улыбнулся Максим. — Тем более, нас двое, и мы явно сильнее тебя даже поодиночке. Зачем тебе этот человек? Найди себе какого-нибудь другого. Вон их сколько по улицам ходит.
— Этот человек под моей защитой! — Санька сделала шаг вперёд, чувствуя, как её начинает мелко потряхивать от хлынувшего в кровь адреналина. — Хочешь забрать его силой? Попробуй! Но я уверена, что сумею неплохо разодрать твою рожу перед этим.
— Сашенька, я не всегда бываю добрым и отзывчивым, — прищурил глаза Максим. — Не вынуждай меня прибегать к крайним мерам.
— А ты рискни здоровьем! — предложила Александра. — Заодно и посмотрим, так ли ты крут, как рассказываешь.
— Этот человек должен нам деньги, — процедил Максим. — Он влез не в своё дело и должен за это ответить.
— Вы бандиты с большой дороги, и поэтому никто ничего вам не должен! — Санька с удивлением повернула голову в сторону нового действующего лица. — Сели в машину и свалили отсюда куда подальше. И побыстрее, а то у меня с утра настроение паршивое!
Вечер переставал быть томным или, вернее сказать, сон переставал быть местом сказочных грёз. Марат смотрел на Даниила невидящими глазами и спокойно рассуждал о своей близкой кончине.
— Что ты за глупость говоришь? — возмутился Даниил, — с чего ты взял, что скоро должен умереть?
— Все дело в том, что я очень много сплю, — пожал плечами мальчик. — Ты же понимаешь, что люди не могут спать постоянно, а я сплю. Мои родители умерли, и после этого опеку надо мной оформила тётка. Мы живём в квартире, которая досталась мне от государства, как инвалиду или как сироте, я не очень сильно разбираюсь в подробностях. Тётя мечтает избавиться от меня и заполучить лишнюю жилплощадь.
— Подожди, подожди, — перебил мальчика Данька. — Я не очень понял, где тут связь. Тётка, квартира, твои сны…
— Тётя хочет, чтобы я умер, — развёл руки в стороны Марат. — Она думала, что я сплю и не слышу, но я тогда только притворялся. На самом деле я слышал, как она разговаривала с кем-то по телефону и рассказывала, как замечательно будет, если моя квартира достанется ей. Это произошло случайно, и я не стал ничего спрашивать у тёти, а потом, через какое-то время, я начал спать постоянно.
— Жесть, — непроизвольно вырвалось у Даньки, но мальчик не обратил на его слова никакого внимания, как будто не слышал.
— Мне кажется, что всё дело в чае, который она заставляет допивать меня до последней капли. Если я просыпаюсь, то очень часто простыня подо мной мокрая. Тётка ругается, что я абсолютно беспомощный и мочусь под себя. А я просто не могу проснуться. Я не могу вырваться из сна даже для того, чтобы сходить в туалет. Скорее всего, однажды я останусь в этих снах навсегда. По началу я нервничал из-за этого и думал, что могу что-то сделать. Но кто поверит слепому сироте-инвалиду, поэтому я просто смирился.
