Накануне празднования 10-й годовщины Октября участникам событий разослали «Анкету участника Октябрьского переворота». То есть в 1927 году еще не употребляется слово «революция», а тем более «Великая». В 1927 году Сталин уже реально пять лет у власти. Троцкий соответственно в глубокой опале. Но после долгих колебаний анкету выслали и ему. Троцкий анкету заполнил, а кроме того, написал в Комиссию по изучению истории партии письмо в надежде на историческую реабилитацию. По мысли Троцкого, реабилитировать его – значит признать, что благодаря его громадному организаторскому таланту власть большевиков, которых никто в России не выбирал, так вот, благодаря Троцкому эта случайная власть не рухнула в 1918 году.
Троцкий в книге «Моя жизнь» про 1918 год пишет:
Уж что-что, а ясности внесли больше некуда.
Троцкий в воспоминаниях пишет:
Ленин требовал, чтобы Троцкий занялся внутренними делами, то есть борьбой с разнообразными повсеместными внутренними врагами. Троцкий смог бы. Троцкий в этом смысле для Ленина то, что надо. Он быстро вырос в практика государственного терроризма ленинского призыва.
Вот его будущий приказ:
В 1920 году Троцкий напишет теоретический труд под названием «Терроризм и коммунизм».
Это слова большевистского гимна государственному терроризму.
Из детских воспоминаний:
Государственный терроризм – это высшая и последняя стадия терроризма. Троцкий продолжает: «Морально осуждать государственный террор революционного класса может лишь тот, кто отвергает насилие вообще – стало быть, всякую войну и восстание».
Большевики всякую войну не отвергали. Они отвергали чужую мировую войну и предвкушали свою мировую гражданскую войну. Для этого надо было удержаться у власти.
Гражданскую войну в России они уже развязали. Мировая война еще продолжалась. Воевать на два фронта сил не было. Ленин пошел на сепаратный мир с Германией. Троцкий возглавил дипломатическое ведомство.
Германия была в восторге: для нее кошмар войны на два фронта – Восточный и Западный – закончился. Появлялся шанс выиграть войну. Деньги, заплаченные большевикам до Октябрьского переворота, похоже, начинали окупаться. Через день после переворота Берлин секретно выделил еще 15 миллионов марок для поддержки большевиков.
Деньги в Петроград впервые были привезены в декабре 1917-го. 9 декабря 1917 года начались мирные переговоры в Брест-Литовске. Первая российская делегация с удовольствием завтракала, обедала и ужинала с германской стороной у фельдмаршала Леопольда Баварского.
За столом, по правую руку от принца Баварского – глава российской делегации Адольф Иоффе, недавно выпущенный из сибирской тюрьмы. За ним – глава австрийской делегации министр иностранных дел Оттокар граф Чернин фон унд цу Худениц. Граф Чернин пишет в дневнике после первого ужина:
Иоффе наклоняется за столом к графу Чернину и шепчет: «Я надеюсь, мы сумеем поднять революцию в вашей стране тоже».
