– Я не про вину говорю, ты очень часто поступаешь просто безрассудно, это тебе и Алорон скажет, и любой тебе об этом скажет. Плохо то, что ты этим подставляешь всех. Разве ты сама не понимаешь этого?
– Я подставляю!? Да я!? Да где бы ты был без меня, теперь!?
– Ты слишком много думаешь о себе, Винилин.
– Ну знаешь! Ладно, раз так нам и правда не по пути. Идите куда хотите!
– Мы пойдём в Тагалак, а тебе там нечего делать. Тебя не пустят туда, так что иди куда хочешь.
– Вот это мне за всё, что я для вас сделала, вы бросаете меня посреди далёких диких земель! Здорово! Иди куда хочешь!
– Ты стала уже просто опасной, ты уже неоднократно теряла над собой контроль, ещё немного и ты действительно кого-нибудь убьёшь в очередном приступе безумия.
– По-твоему я безумна?!
– А, по-твоему, нет? Ты теряешь над собой контроль и это прогрессирует с каждым днём.
– Поэтому от меня надо поскорее избавиться?!
– Мы оба хотим помочь тебе, я не спорю, что ты очень опытна и храбра. Но у тебя поехала крыша, я прошу тебя лишь угомониться, хотя бы пока мы не доберемся то Тагалака. Если Апос или какая-то другая магия как-то повредила тебе, мои родичи возможно смогут это исправить, пока же у тебя явно проблемы с головой.
Винилин не ответила ничего, просто отойдя в сторону, было видно, что она на взводе.
Она села несколько в стороне пытаясь успокоиться.
– Ох Бари, что же нам теперь с ней делать? – спросила у гнома взволнованная Алорон.
– Не знаю, не думаю, что у неё теперь хватит благоразумия. Мне надо было быть более жёстким командиром, надо было с самого начала приструнить её. Это мой просчёт.
– Я даже не представляю себе, насколько надо быть волевым, чтобы приструнить Винилин.
– Всё равно я виноват, паршивый оказался предводитель, тут она действительно права, но что уж теперь делать.
Так они сидели около десяти минут, пока наконец Винилин не встала и не подошла к ним.
– Ладно, послушайте меня, вы оба. У меня в этой жизни совершенно ничего не осталось, свою должность я потеряла, имущество потеряла, у меня и правда едет крыша, может быть. У меня лишь осталась борьба с общим врагом. Я хочу разделаться с этой тварью Апосом, у меня осталось только это. Ну и вы, по сути, мои единственные друзья. Мне очень жаль, что я доставила вам столько хлопот, но я не могу действовать иначе, я всегда поступала, так и буду поступать дальше. Я не хочу подвергать вас опасности, но без вас мне с Апосом не поквитаться, да и вам со мной будет проще это сделать. Я думаю, нам не стоит сориться перед лицом общего врага, а просто потерпеть друг друга, я далеко не идеальна и со мной опасно иметь дело, но я советую вам потерпеть это, ради общей цели.
– Винилин, пойми нельзя оставить всё как есть, это плохо кончится, а мы не доберёмся до Тагалака, – сказал Бари.
– В тебе говорит просто страх.
– Не страх, а чувство ответственности, в тебе же упрямство и самомнение.
– Ладно, вижу, мы не договоримся, значит мне теперь убираться на все четыре стороны?
– Проще сделать то, что я тебя прошу, это временно, и небо от этого не рухнет на землю.
Винилин молчала, недовольно прищурив глаза.
– Ну если для тебя это невозможно, тогда ладно, пробирайся в Тагалак сама, я ведь не для того делаю это, чтобы погубить тебя, а чтобы обезопасить нас и тебе помочь.
– Проблема в том, что я доберусь туда раньше вас, а вот доберётесь ли вы.
– Доберемся. Если доберешься раньше подождёшь нас.
– Ты делаешь глупость.
– Это ты делаешь глупость.
Винилин недовольно фыркнула, отвернулась и пошла прочь в лес.
Обиженная Винилин пошла прочь от своих спутников. Просто удаляясь в неопределённом направление, она всецело погрузившись в бушевавший в её голове ураган мыслей.
Глупый гном в самое подходящее время решил взять узды правления в свои руки, ага как же! Она наломала дров! Да он только и делал всё это время, что ломал дрова! По его вине, вся экспедиция пошла коту под хвост, мягкотелый предводитель с нулевым авторитетом, которого не слушаются даже собственные сородичи решил тут покомандовать! Да будь бы он на её месте уже давно бы продался Апосу! Или не продался? Верно он даже не видел всех этих приведений. Нуда, твердолобый гном, чего его-то, пытаться переманить на свою сторону, кому он интересен! Толи дело она, сам Апос вьётся вокруг неё змеем, уж он-то понимает на что она способна, в отличие от этого недотёпы.
Наконец Винилин остановилась и уселась на небольшом камне, торчавшем из опавшей листвы. Она закрыла лицо руками, усталость, усталость физическая, усталость психологическая. А ведь, верно, какой хороший кругом лес, а она не может ни на минуту расслабиться просто побыть в тишине от собственных мыслей насладиться этой красотой. Винилин убрала руки от лица и тут, увидела прямо перед собой всего в нескольких шагах Истриэль.
