Вполне достойная цель, ради достижения которой будет мало одной грубой силы. Поэтому там, где не справится Койен, поможет его сводный брат — наш с Карой сын… Ох. Хоть Четвертый и утратил свою личность при перерождении, однако вся его мудрость и интеллект настолько ярко отпечатались в его искре дара, что Пятый аж слезу пустил. Хотя и скрывал от меня, думая, что из-за взбрыков Поглотителя я ничего не замечу. Заметил. И улыбался, слушая, как тот пытается скрыть смущение за недовольным ворчанием.
Будущий Оракул и адепт созидательной части Светлой Стороны, Атлас Атран возьмет под свое управление всех чувствительных к Силе, рожденных под крыльями Чувствующих и Верующих. Вместе они войдут в объединенный Род Разума Атран, которому предстоит облачить в единую форму расплывчатые верования почитателей Гри, направив их устремления для раздвижения рамок доступного в Силе и технологическое развитие клана. Ибо, как верно подметил Фрис, «костыли могут заменить человеку ноги, но в армию такого уже не возьмут». Дабы не повторить судьбу остальных одаренных Силой, обреченных на вечную борьбу Светлой и Темной стороны, новые поколения Атран должны будут шагнуть за их пределы. И понять, как не просто обеспечить выживание клана в веках, но подарить ему Будущее за пределами бесконечного конфликта, длящегося с начала времен.
Откуда такие глубокомысленные познания Фрис так и не сознался, но я ощущал его смятение, когда он говорил об этом. Что ж, он имеет право на свои тайны. И не мне, так долго скрывавшему правду о своем происхождении, осуждать его.
Тем более, что Кара все еще была недовольна мои выбором имени своему сыну, которое я во всеуслышание огласил на генеральном собрании клана. Слишком отдающим принадлежностью стиля Атран и мало ложившимся на родной язык чалактан. Что и старательно демонстрировала мимикой, более не имея возможностей возразить. А вот нечего было мне на уши на пару с Ланой присаживаться! Сама напросилась. Видели же, в каком состоянии я показался после посещения Аньи, которую в спешном порядке подключали к капсуле полного погружения во вместилище Сота. Или, как его начали потихоньку именовать с моей легкой руки — Колыбели.
Я понимал, что это мой единственный шанс ее спасти, но легче от этого не становилось. И, когда дорогие женушки присели мне на мозги, неясно для чего решив поднять тему имен именно сейчас и не часом позже, то не сдержал эмоций.
«Да будет рожден Атлас, — сказал я заметно вздрогнувшей Каре, внезапно ощутившей колоссальное давление Разящего Света. Выносящего приговор. — Тот, на чьих плечах груз всего неба, судьбой предназначенный для ноши, непосильной никому другому.
«Да будет рожден Койен, — повернулся к Лане, гордо улыбающейся и скрестившей ладошки на пока еще плоском животике. — Храбрый и отважный, воин духа, коему не будет равных во всей галактике».
«И будет рожден…», — я повернулся к Илонии Атран, также пришедшей просить, но уже нечто иное. И, пусть ее способности в Силе ни в какое сравнение не шли с Ланой и Карой, но даже она ощутила прикосновение Разящего Света. И задержала дыхание, когда я подошел к ней ближе, накрыв раскрытой ладонью ее живот и делясь малой частицей своей истиной сути.
«Иди. Фрис проводит тебя в медотсек. У него уже все готово, не так ли?»
Брат, принявший свой квардионный облик, смущенно потупился. Я нарочно не поднимал эту тему, оставив самое интересное на потом, но все же заставил его сгонять на «Везунчик» и вернуться с маленькой герметичной ампулой, содержащий мой генетический семенной материал. Добытый при весьма загадочных обстоятельствах, о которых Фрис молчал, как рыба об лед.
«Что?..», — в тот момент дыхание у Илонии снова перехватило дыхание, но уже не от ощущения Светлой стороны, пульсирующей в ней в такт биению моему источнику. Через
«Я дал тебе слово, принцесса. И оно будет исполнено. Пусть и не так, как ты хочешь, но иного способа нет».
Поглотитель нанес очередной удар по своей клетке, сорвав с моих губ невольный стон и заставив жен напрячься в неслабой тревоге. Они видели, что со мной творится, но не знали, в чем дело и уже отчаялись узнать правду. По крайней мере Кара с Илонией. Лана по обыкновению уперлась и уже собиралась с духом для очередной попытки проломить мою оборону, но я жестом остановил ее, не желая в сотый раз повторять одно и то же.
«Иди, — еще раз повторил я Илонии. — Ты узнаешь его или ее имя, когда вернешься к нам».
Окрыленная девушка ушла. И вернулась теперь, войдя в зал совещаний как раз в момент, когда я приготовился огласить судьбу оставшихся членов клана. Тех, кто не войдет в Роды Силы и Разума по тем или иным причинам. Но образует не менее важный, а то и более элемент единого организма, способного выжить там, где другим суждено стать пеплом на страницах истории.
