Погоня полностью

Мать твою, как больно. Ну ладно. Плевать. Спущу это на тормозах. У него есть право злиться, и лучше пусть он выплеснет свою агрессию во время игры, чем вне ее.

На льду это не запрещено. Вот что мне нравится в хоккее. Может быть, это и дурацкая примитивность, и, может, женщины не зря считают мужчин глупыми самцами, но порой приятно выпустить пар там, где это безопасно сделать.

Тренировка продолжается, и столкновения между мной и Хантером становятся все более травматичными. Наши товарищи по команде начинают это замечать. Нейт тихонько присвистывает, когда я толкаю Хантера в спину костедробительным ударом сжатой двумя руками клюшки. Клянусь, я выбил весь воздух из его легких.

– Побереги силы для настоящей игры, – предупреждает меня Нейт после свистка.

Выстраиваемся в линию перед очередным вбрасыванием шайбы. Хантер сверкает в мою сторону глазами. Толчок не пришелся ему по вкусу. Ну а мне не пришелся по вкусу его удар локтем по ребрам, но что тут поделать. На этот раз шайбу захватываю я. Мы с Джесси передаем ее друг другу, подготавливая атаку. Лениво и хищно. Команде Хантера не нравится, что мы их дразним, и как только они бросаются в атаку, Джесси пасует шайбу мне, и я провожу удар по воротам. Корсен перехватывает шайбу клюшкой и пасует Хантеру.

Гонюсь за ним, и мы оказываемся за воротами команды. Работаем локтями. Его локоть попадает мне прямо в горло. На секунду у меня перехватывает дыхание. Втягиваю ртом воздух, но трахея перекрыта, чувствую, что задыхаюсь. Хантер никак не реагирует на это. Отъезжая, он толкает меня, и мне с трудом удается не упасть. Простить такой удар в горло? Ни за что.

Я гонюсь за ним по льду, почти забыв про игру.

– Что, черт возьми, это было?

На катке воцаряется тишина. Я слышу скрежет коньков Нейта, когда он останавливается неподалеку от нас.

– Это был удар в рамках правил, – отвечает Хантер.

– Ничего в рамках правил в нем не было, – рычу я.

– Нет? Тогда прости. Виноват.

Его небрежный тон действует мне на нервы.

– Как скажешь, брат. Если от того, что ты меня избиваешь, тебе становится легче, вперед.

– Ах, как великодушно, что ты разрешаешь мне спустить пар. Это помогает полностью смириться с тем, что ты трахаешь девчонку, которая мне нравится.

Что ж, он начал первым.

Нейт подъезжает ближе, покачивая клюшкой в руке.

– Хорош, парни, нам надо работать.

Мы не обращаем на него внимания.

– Послушай, мы с Саммер приглядывались друг к другу больше года. Я влюбился в нее еще до того, как познакомился с тобой.

– Забавно, ты не вспоминал о чувствах, когда я рассказал тебе о своих.

Взгляды товарищей по команде устремлены на нас, и это вызывает знакомое покалывающее ощущение: я снова в центре внимания из-за разыгравшейся сцены, которой не могу избежать.

Я протискиваюсь мимо Хантера, но он хватает меня за свитер.

– Давай не здесь, – бормочу я.

– А почему нет? Ты не хочешь, чтобы все слышали, какой ты мудак?

– Эй, дамочки! – кричит тренер. – Мы не можем ждать весь день. Тащите свои задницы обратно на скамейку.

Хантер неохотно повинуется. Я с радостью подчиняюсь, потому что до мурашек ненавижу привлекать к себе внимание.

Тренер объявляет, что нас ждут новые парные упражнения. В первом два игрока отрабатывают угловые удары: один должен бить по воротам, второй – отражать атаку. Со скамейки я наблюдаю, как работают пары. Когда подходит очередь, без особого удивления слышу, как тренер ставит меня в пару с Хантером. Может быть, как и я, он надеется, что Хантер выплеснет гнев и оставит наше противостояние в пределах арены.

Как только звучит свисток, Хантер из кожи вон лезет, лишь бы зажать меня в углу. Наконец я прорываюсь и бью по воротам, но вратарь-второкурсник, Трентон, легко ловит шайбу перчаткой и с ухмылкой подбрасывает в воздух.

– Еще раз, – командует тренер.

Мы повторяем еще раз. Снова толкаемся в углу. Перехватываю шайбу и веду к воротам, но прежде чем успеваю ударить, боль пронзает руку, когда ублюдок двумя ладонями хватает меня за запястье.

– Да что, мать твою, с…

Закончить фразу у меня не получается. В следующую секунду я лежу на спине, и от удара в живот перехватывает дыхание.

Его перчатки падают. Кулак врезается мне в грудь. Шлем слетает, и другой кулак бьет мне в челюсть. Я слышу возгласы и крики наших товарищей. Некоторые подбадривают нас, другие пытаются разнять. Кто-то пытается оттащить Хантера от меня. Почти безуспешно, но у меня появляется возможность сбросить собственные перчатки и нанести несколько достойных ответных ударов. Но потом Хантер снова бьет, и я чувствую привкус крови во рту.

Тяжело дыша, мы еще немного помахали кулаками, пока Нейт не вклинился между нами и не оттолкнул нас друг от друга. Два других старшекурсника подходят и хватают каждого из нас, чтобы удержать от нового нападения.

– Ну? Дамы, вы разобрались? – скучающим голосом окликает нас тренер Дженсен со своего места у скамейки запасных.

О’Ши, похоже, старается не рассмеяться.

– Бегом в душ, – говорит он.