Принято считать, что хороший сыщик должен легко вникать в суть происходящего и понимать человеческую психологию с полуслова, но я уже давно понял, что познать мышления Фрица мне не дано, и даже не пытался этого делать; поэтому я даже не стал ломать голову над тем, как Фриц догадался, что Фред и Орри уйдут, а Сол останется. Во всяком случае, мой маленький столик на кухне был накрыт на двоих. За завтраком я рассказал Солу про Флойда Вэнса. Покончив с едой, мы выпили по чашечке кофе, после чего отправились продолжать разговор в кабинет, прихватив с собой кофейник. Сол согласился, что для пользы дела ему не помешало бы самому посмотреть на Флойда Вэнса, и я позвонил Натаниэлю Паркеру, нашему адвокату.
— Да, Арчи?
Мне нравится, каким голосом Паркер произносит: «Да, Арчи?» Он прекрасно знает, что дела, которые ведет Вулф, бывают не только интересными и захватывающими, но и порой весьма щекотливыми, поэтому «Да, Арчи?» звучит всегда наполовину радостно и наполовину уныло.
Я поспешил успокоить его, что дело на этот раз пустяковое.
— Сущая ерунда. У некого Флойда Вэнса, который занимается организацией публичных презентаций, есть контора по адресу Лексингтон-авеню, четыреста девяносто. Ваша роль состоит в том, чтобы позвонить ему и сказать, что у вас есть клиент, который хочет прибегнуть к его услугам. Имя вашего клиента — Сол Пензер. Чем скорее они встретятся, тем лучше. Я должен сейчас уйти, а Сол останется у нас и будет ждать вашего звонка. Вы записали имя? Флойд Вэнс.
— Записал. А что, если он захочет знать подробности?
— Вы не уполномочены вести переговоры.
— Хорошо сказано. Я и в самом деле не уполномочен. Кланяйтесь от меня нашему гению.
Он произнес это на полном серьезе, без малейшего ехидства. Я набрал другой хорошо знакомый номер и изложил свою просьбу, после чего поднялся к себе в комнату побриться и переодеться. Десяти минут перед завтраком на весь туалет не хватило.
Тащиться по такой страшной жаре две мили на Восточную Шестьдесят третью улицу меня не прельщало, но выхода не было: к тому же я сказал Лили, что буду к половине двенадцатого. Позвонил я в дверь ее высотных апартаментов в одиннадцать двадцать пять и был немало удивлен, когда дверь открыла Мими. Обычно, когда мы договариваемся, что я приду в определенное время, Лили открывает мне сама. Или она до сих пор на меня… К черту! Я решительно отогнал мрачные мысли прочь, памятуя только о том, что сейчас пришел по делу.
Лили и Эми сидели на террасе и пили охлажденный чай. Я поставил стул между ними, ответил согласием на предложение попробовать чая с лимоном и мятой, и провозгласил:
— Извините за неучтивость, но у меня впереди тяжелый день, так что я сразу перейду к делу.
Я повернулся к Лили.
— Сейчас мы занимаемся делом Эми Деново. Она наняла нас…
— Арчи! Нет!
До чего невоспитанные пошли клиенты.
— Не перебивайте меня, — отрубил я и снова обратился к Лили:
— Дело это очень личное и деликатное, поэтому она не хочет, чтобы кто-то еще о нем знал, даже ты. Я же искренне рад и горд тем, что она доверяет мне настолько, что называет меня Арчи, поэтому могу сказать об этом деле лишь одно — она ни в чем не виновата. Проблему создали совершенно другие люди, а она хочет только решить ее. А к Ниро Вулфу она обратилась две недели назад.
— Почему вы… — начала было Эми, но умолкла.
Лили уже улыбалась.
— Оле, Эскамильо! — звонко выкрикнула она, посылая мне воздушный поцелуй.
— Этой ночью произошли кое-какие события, — сказал я Эми. — Подробности при мисс Роуэн я вам рассказывать не могу, да и в любом случае это было бы пока преждевременно. Но уже сейчас можно с достаточной долей уверенности предположить, что смерть вашей матери была не случайной и что в этом случае вы сейчас тоже в опасности. Он может…
— Он? Кто он?
— Возможно, вы никогда не слышали его имя, и я не стану называть его сейчас. Мы не знаем, что побудило его убить вашу мать, и не знаем, какие у него планы насчет вас, но рисковать мы тоже не хотим. Однажды в похожем положении мы уже совершили роковую ошибку и не хотим, чтобы такое случилось снова.
Я обратился к Лили:
— Может она пока пожить у тебя? «Пожить» в том смысле, что она не должна выходить из дома. На террасе сидеть не возбраняется — вряд ли у него есть вертолет. Возможно, хватит пары дней, но не исключено, что это может затянуться и на пару недель. Зато у вас будет вдосталь времени для работы над книгой.
— А почему бы и нет? — сказала Лили. — Я согласна.
Эми нахмурилась.
— Но вы же не думаете… — озадаченно начала она, потом умолкла и посмотрела на Лили. — Извините, мисс Роуэн, но мне нужно кое о чем спросить его. Наедине.
— О, пожалуйста, — весело отмахнулась Лили. — Только ничего у вас не выйдет. Я знаю его лучше, чем вы, а сейчас он работает. Когда он не занят, он очарователен… как правило; когда же он работает, он невыносим. Он уже сказал, что рассказывать сейчас что бы то ни было — преждевременно, и безусловно настоит на своем. Впрочем, попытайтесь, если хотите.
— Она права, — подтвердил я. — Дел у меня и впрямь по горло, но я в любом случае пока ничего бы вам не сказал.
