– Давай, Шахов, не учи меня жить, – произнес Серов. – Нужно будет, я поинтересуюсь твоим мнением, а сейчас не нужно ехидничать. Думаю, что вы здесь больше ничего не сломали и не разбили?
Серов сел за свободный стол и стал доставать из папки свои бумаги. Валентин сидел напротив него и внимательно наблюдал за ним. Не нужно даже было гадать, с какой целью к нему в кабинет подсадили этого человека. Шахов работал в Управлении чуть больше года и за это время ничем не отличился. Он был героем второго плана, никогда не рисковал, но всегда был среди награждаемых сотрудников. Он устраивал всех, а особенно руководство Управления. У него не было друзей и жил он только своей жизнью.
– Ты пойдешь на оперативку? – спросил его Валентин. – У нас сейчас Собин проводит ежедневные оперативки.
– И что у вас там, на совещаниях? КВН?
– КВН не КВН, а присутствие обязательно.
Александр взял в руки ежедневник и направился вслед за Шаховым в кабинет начальника отдела.
***
– А вот и новое явление Христа народу, – произнес, улыбаясь Собин. – Посвежел, похорошел, Серов, полон сил и стремлений в будущее.
Все сотрудники засмеялись и устремили свои взгляды на Александра. Он сел на свободный стул и раскрыл свой ежедневник. Евгений Иванович кратко изложил оперативную сводку за прошедшие сутки и стал поднимать одного сотрудника за другим, требуя от них докладов о результатах работы за прошедшие сутки.
– Все свободны, – произнес он. – У всех есть работа и каждый из вас знает, чем заниматься. Серов, а ты останься, у меня к тебе несколько важных вопросов, касающихся твоей работы в Управлении.
Сотрудники быстро покинули кабинет начальника, оставив их наедине.
– Ну, что Александр Константинович? Что решил за отпуск? Будешь работать или захочешь уволиться?
– Не слишком ли много сразу вопросов, Евгений Иванович? – вопросом на вопрос, ответил Серов. – Что вы хотели услышать от меня? Какой ответ вас больше устроит?
– Мне больше всего бы подошел твой ответ об увольнении. Чтобы уйти в отставку, у тебя много оснований.
– И каких оснований, если не секрет?
Собин тихо засмеялся, глядя ему в глаза.
– Начнем с главного, Александр Константинович. У тебя слабое здоровье. Насколько я знаю, у тебя больное сердце и ты едва ли пройдешь через медкомиссию, на которую я тебя по настоянию Горохова должен отправить. Это – первое. Второе, через неделю заканчивается текущий год, а это значит, то, чем ты занимался в последние полгода, станет никому не нужным. Все хорошо знают, что есть преступления, которые на текущий момент раскрыть практически невозможно. К подобным преступлениям относятся и убийства этих старушек. Сейчас их нет, следовательно, и работать по ним не имеет никакого смысла. Третье, ты не совсем дружен и лоялен с моим руководством, а если быть точнее, с Гороховым. Зачем мне лишние проблемы с моим руководством. Надеюсь, понял и усвоил.
– Спасибо, Евгений Иванович, за полноту раскрытых передо мной перспектив. Но, я не собираюсь увольняться. Выговоров у меня нет, я не прогуливаю работу, водку на работе тоже не пью. Следовательно, уволить меня за нарушение трудовой дисциплины у вас не получится, вы юрист и это хорошо понимаете. Мои отношения с заместителем начальника Управления, это – мои личные отношения и они не должны интересовать вас. В-третьих, нераскрытые убийства остаются нераскрытыми, и насколько я помню приказ, по ним должна осуществляться работа. А, мое здоровье, не должно быть предметом публичного обсуждения. У вас, насколько я помню, тоже сердечко пошаливает, да и с желудком проблемы.
Собин снова засмеялся. Его смех был настолько противным и натянутым, что моментально вызвал у Серова отвращение.
– Серов, ты пойми меня правильно. Сейчас руководству Управления по хрен, кем ты был ранее, что за плечами у тебя десятки раскрытых убийств. Они – люди новые, им нужны показатели, именно по ним судят о работе руководства. Ты хоть это понял?
– Я вам уже сказал Евгений Иванович, что я писать рапорт об увольнении из органов не буду, почему я должен вам дважды говорить об этом. Увольняйте, если сможете.
– Вот и хорошо, Серов. Значит, мы с тобой, в принципе, договорились. Завтра с утра я тебя направляю в поликлинику на обследование. Без справки о состоянии здоровья не приходи.
«Неплохое начало рабочего дня» – подумал Александр, закрывая за собой дверь кабинета начальника отдела.
***
За лобовым окном автомобиля без устали проносились голые деревья и улицы, покрытые грязным, кое-где талым снегом. В конце декабря, когда должны были властвовать морозы и метели, вдруг наступила оттепель. Таяли хрустальные сосульки, свисающие с пробегавших мимо крыш домов. Иногда в поле зрения попадали серые нахохлившиеся воробьи, которые равнодушно взирали с проводов на проходивших по тротуару людей. Чья-то жизнь мгновением пронеслась мимо него, едва не зацепив передок его автомобиля. А колёса легковушки все продолжали долбать серый, изрытый ямами, асфальт. Жизнь продолжалась.
– Серов, заходите, – пригласила его в кабинет медсестра.
Александр вошел и посмотрел на знакомого ему кардиолога.
