Матрос замялся. Нас уже окружали дорогие мне лица. Я улыбалась всем и позволяла жать себе руку, трепать по плечу и обнимать. Но все же проволочка раздражала.
– Вэй здесь или в городе? – снова задала я вопрос.
– Сейчас не лучшее время, Ангелок, – ответил господин Ардо. – Он несколько… нервный.
– Но он здесь? – спросила я, теряя терпение.
Получив утвердительный ответ, я растолкала пиратов, неуверенно переминавшихся с ноги на ногу и мешавших мне пройти. Возле каюты капитана я остановилась. Мое бедное сердце готово было пробить грудь. Дыхание все никак не удавалось восстановить, и мне казалось, будто я долго-долго бежала. Дрожь в руках и ногах мешали и нервировали. Но отступать я не хотела.
Памятуя о причудах моего капитана, я встала сбоку и постучалась. Тут же послышалось пожелание доброго пути визитеру и выстрел, прошивший дверь. После этого я выдохнула, сжала кулаки и понадеялась, что другого заряженного пистолета у Вэя не имеется. Решительно шагнув в каюту, я едва устояла на ногах от винного духа. Глаза мои округлились, ошеломленно глядя на множество пустых бутылок, разбросанных по полу. Сам Лоет сидел в кресле, вытянув ноги, в руке его была зажата бутыль. Посмотрев на меня, он скривился и, произнеся:
– Свали, бредовое видение, – запустил бутылкой.
Едва успев увернуться, я отскочила в сторону, попала ногой на другую бутылку и лишь чудом удержала равновесие. Затем пробралась к столу и села напротив капитана.
– Не уйдешь, да? – спросил он, ставя локти на стол и подпирая щеки кулаками.
– Нет, – ответила я, отмахиваясь от перегарного запаха. – Фу, Вэй, сколько ты пьешь?
– Достаточно, чтобы видеть ангелов, – пьяно усмехнулся он и откинулся на спинку кресла. – Все порядочные пьяницы видят чертей, а я – ангелов. Даже тут отличился.
– И часто ты нас видишь? – поинтересовалась я, не сводя взгляда с опухшего, отвратительного в опьянении, но такого дорогого мне лица.
– Случается, – неопределенно ответил Лоет и потянулся за новой бутылкой. Я перехватила его руку и отняла бутылку. Пират нахмурился. – Такого наглого видения у меня еще не было. Отдай, – он бросил тело вперед, но я вскочила со стула, и капитан промахнулся и завалился на стол. – Нарываешься? – не скрывая любопытства, спросил этот горький пьяница.
– Попробуй отними, – насмешливо ответила я и помахала бутылкой.
Лоет встал на ноги, расправил плечи, тряхнул головой и тут же снова чуть не повалился на стол. Но сдаваться никогда не было в привычках капитана, потому он все-таки преодолел сопротивление стола, кресла и даже пола, пока добирался до меня.
– От тебя сплошные неприятности, – укорил меня Лоет. – Что от живой, что от видения. Отдашь?
– Возьми, – усмехнулась я и снова помахала бутылкой.
Вэй приблизился ко мне, потянулся за бутылкой, но получил от меня по лицу, и бутылка разбилась, брошенная мною в стену.
– Хватит пить, Вэй! – воскликнула я. – Ты похож на чудовище!
– Это ты чудовище, пожирающее души, – он потер ладонью челюсть, махнул на меня рукой и вернулся к креслу. – Отстань от меня и испарись, как все нормальные ангелы до тебя.
Я вернулась на стул.
– Ты все еще думаешь, что я видение? – поинтересовалась я.
– Настоящая Ада тает в объятьях своего благоверного, – криво усмехнулся Лоет и… достал еще одну бутылку.
– Дурак, – в сердцах ответила я. – Я здесь, Вэй. Я здесь, и я сделала свой выбор. Мне нужен ты, чертов пират.
Он с грохотом поставил бутылку на стол и поднял на меня глаза. Затем перегнулся через стол, всмотрелся, помотал головой и снова взялся за бутылку.
– Ты сделала неправильный выбор, – сказал Вэй. – Возвращайся к мужу и живи с ним так, как должна жить порядочная женщина.
– Что? – потрясенно спросила я.
– Что слышала, – ответил он, не глядя на меня. – Я ничего не смогу тебе дать, Адалаис Литин. Я всего лишь пират, который сдохнет на своем корабле. А ты лети, Ангелок, рожай маленьких Литинов, танцуй на городских балах и сплетничай с кумушками. Все, развлечение закончилось, возвращайся к своей жизни.
– Вэй, ты… – я тяжело сглотнула. – Ты отказываешься от меня?
– Да, дьявол тебя задери, я отказываюсь от тебя. А теперь убирайся прочь и дай мне тут спокойно сдохнуть. Все, свободна.
– Вэй, – мой голос задрожал, на глаза навернулись слезы, и я прилагала усилия, чтобы не расплакаться. – Опомнись, Вэй… Я же люблю тебя…
– Хватит! – рявкнул пират. – Это не любовь, Ада. Это временное помешательство, и оно пройдет, как только ты вернешься к своей жизни. Ты не для меня, понимаешь? Ты слишком хороша для такого как я. – Неожиданно вскочил и заорал: – Пошла прочь, зараза! Всю душу мне выела! Убирайся!!!
Все еще не веря в происходящее, я попятилась к дверям. Лоет так и не повернул головы. Он уперся ладонями в стол и тяжело навис над ним. Я протянула в его сторону руки, но, так ничего не сказав, выбежала из каюты. Позади раздался надрывный вскрик, и о дверь разбилась вторая бутылка.
