— Что? — удивленно переспросила, отворачиваясь от группы парня, что столпилась неподалеку. Буквально через две аудитории.
— Ну сказала Роме, что он тебе нравится, — как самому недогадливому человеку в мире, стала объяснять Маша.
— А зачем ты это сделала? — Чего это я рот еле-еле открываю? От шока, наверное. Вот такой подставы я от одногруппницы никак не ожидала.
— Так он же тебе нравится.
Либо она на самом деле не видит очевидного. Либо хорошо притворяется. Если второе, то она выбрала не тот ВУЗ. Ей нужно было в театральный. Там ее с такими талантами бы на клочки порвали, решая, в какой постановке она будет играть.
— Тебе-то до этого какое дело? — Она все больше меня раздражала.
Я была настолько зла, что меня мало волновало, что вокруг нас стоят студенты, в ожидании, когда начнется лекция. Некоторые из них в открытую прислушивались к нашей начинающейся перепалке.
— Я хотела тебе помочь, — невинно хлопая глазками, залепетала Дворова.
— Я не просила, — процедила.
Сжала руки в кулаки, напрягая мышцы. Ох, чую, еще немного и ударю. Пройдусь костяшками по симпатичному лицу. Потом вцеплюсь в шелковые, белокурые волосы и оттаскаю за них так, что мало не покажется.
— Да ты бы сама к нему не подошла.
— Это не твои заботы, — отчеканила. — Если еще хотя бы раз устроишь подобное, — я перешла к угрозам. Еще и пальцем в нее тыкнула. Девчонка поморщилась и потерла рукой то место, куда я попала. — Если устроишь подобное, то останешься без части шевелюры точно.
— Лисицына, ты чего? — такого от меня не ожидали.
Ну да… Обычно я была спокойной и незаметной. В универ приезжала, чтобы учиться, а не болтовней заниматься. Для этого у меня были телефон и соцсети. Хотя, ничто не заменит живого общения.
— Того, — повысив голос, сказала. — Предупреждаю первый и последний раз, Дворова. Не лезь. Иначе все узнают, что ты влюблена в Егорку Ефремова с пятого потока.
— Ефремов? — поморщившись, переспросила девушка. — Этот прыщавый ботаник никогда мне не нравился.
— А меня это мало волнует. Попробуй потом докажи, что ничего к нему не испытываешь.
Сказав это, я отвернулась от одногруппницы и отошла от нее как можно дальше. Снова подперла спиной стену, сложила руки на груди, жалея о том, что сейчас в руках не было горячего стаканчика с кофе. Поступок Маши не просто разозлил. Взбесил! А меня, среднего ребенка из многодетной семьи, не так-то просто было вывести из себя. Но у Маши получилось это проделать всего за пару дней.
Мои слова девушке явно не понравились. Что ж… я испытывала похожие эмоции. Я не давала повода думать, что любой может просто взять, и полезть ко мне со своими советами или помощью.
— Чего это ты угрожать удумала? — приступила к возмущениям девчонка. — Я от чистого сердца…
И с грязными помыслами. Иначе бы глазки твои сейчас так не бегали. Небось продумывала, как ты так тактично слиться. Дескать, не делала она ничего, а мне все просто-напросто послышалось.
Нормального диалога у нас не получилось. Я сдерживалась, чтобы не сказать какую-нибудь колкость, тем самым окончательно уничтожив худо-бедно нормальные отношения с этой девицей. Она тоже не торопилась со мной разговаривать. Стояла неподалеку и нервно кусала губы. Не ожидала, скорее всего, что я могу действовать точно так же, как и она.
В остальном день почти ничем не отличался от предыдущих. Даже занятие по физической подготовке прошло ровно. И это несмотря на то, что я время от времени чихала так, что уши закладывало. Все-таки не совсем я вылечилась. А убирались в физкультурном зале не очень. Или это у меня на почве болезни аллергия на Ларису Матвеевну появилась.
После лекций я, опять же, тихо-мирно добралась до дома. А вот там… попав в привычную атмосферу хаоса и громкой музыки, я оказалась почему-то центром внимания. Папа был дома. Рано для него, между прочим. Обычно он приходил часов в десять вечера. В лучшем случае. Именно его присутствие дома и насторожило в первую очередь. Потом из спальни вышла мама. За ней потянулись и остальные домочадцы, в лице Веника и хмурой Юльки.
— Что такое? — поинтересовалась спокойно, делая вид, что поведение близких меня не беспокоит.
Сняла ботильоны. За ними последовала кожанка. Все-таки еще не лето. Нужно было одеваться чуть потеплее. Повезло еще, что домой успела до дождя. Небо уже хмурилось, когда я выходила из универа.
— Милая, что от тебя нужно этому парню? — спросил папа, кивая головой в сторону входной двери.
Невольно обернулась, словно надеялась увидеть этого самого парня за своей спиной.
— Ты про соседа? — продолжала старательно делать вид, что все хорошо и беспокоиться не о чем.
— Да, про него, — подтвердил родитель, подходя ближе.
— Гоша, дай ей хотя бы раздеться, — подала голос мама. — Тем более, ничего страшного не произошло.
— Пока не произошло, — проворчал отец, смотря почему-то на помрачневшую Юлю. — Но может произойти. Если мои подозрения окажутся верны.
— Да о чем вы вообще? — не выдержала я и повысила голос.
