А какая же она красивая, словно живая фарфоровая статуя, все в ней ладно устроено и лицо и фигура… Она такая невинная, что казалась ему бабочкой покачивающейся на цветке, стоит её спугнуть, и она упорхнет, так и не одарив его своим вниманием. Грациозная походка, линия изгиба спины и лебединая шея, всё восхищало и манило своей первозданной неприкосновенностью. А когда он понял, что она не умеет целоваться, чуть с ума не сошел от восторженной волны возбуждения. Такое с ним в первый раз. Он желал её до безумия, но при этом не хотел рушить эту невинную неискушенную прелесть. Она нравилась ему именно такой, наивной, неопытной и нежной богиней. Когда владыка поделился с супругой своим затруднением, он не лгал — действительно не знал, что с ней делать. Никогда ещё женщины не смотрели на него такими очами, в которых открывался целый мир, с испугом и толикой вожделения, с хитринкой и надеждой переиграть.
Только на что она надеялась? К чему взывала?
Чтобы не трогал или наоборот, чтобы коснулся и продолжал?
Внутренняя борьба и неопределённость раздражали. По идее он имел все права на свою женщину, мог в любой момент ворваться в её спальню и взять то, что принадлежало согласно брачному договору. Но Эльден так не хотел, ибо сломав этот хрупкий сосуд бушующих страстей, он потеряет её навсегда. Да, утолит свой голод, продемонстрирует свою власть, заставит подчиниться, но изумрудный взор потухнет навсегда, так и не показав все грани, на которые был способен. Мужчине хотелось большего, не один раз испить сладкого мёда, а вечно дегустировать коктейль из разнообразных эмоции, научить жену вкушать и дарить наслаждения, видеть её преображение из строптивой дикой ведьмочки в страстную куртизанку, его собственную, единственную и неповторимую.
Потерев устало виски, властелин миров собирался подняться, когда в зал переговоров вошла девушка.
Тамилла Маррет улыбнулась соблазнительной улыбкой, качнула бедрами и приблизилась к хозяину дворца.
— Чем обязан? Почему вы не спите, леди? Час довольно поздний… — немного грубее, чем хотелось бы, вопросил повелитель. — Присаживайтесь.
— Благодарю.
Опустившись на предложенный стул, девушка картинно вздохнула, прижала к лицу ладошки и заплакала. Несколько минут Эльден наблюдал, как трясутся худенькие плечики, и в итоге не выдержал. Эти женщины — сплошное наказание какое-то!
— Прекратите! — потребовал он.
— Помогите мне…
— Что случилось? — мужчине стоило огромных усилий остаться на месте и не сбежать в свой маленький замок. Женская истерика на сегодня — это уже перебор. Он ведь тоже не железный!
— Я… Не знаю, как мне быть. Конечно, и моя вина присутствует, но… Он тоже хорош! Это катастрофа, что скажет мой отец? — сбивчиво начала она объяснять причину своего столь позднего визита.
Разумеется, в силу обстоятельств владыка ничего не понял из сказанного, он вообще уже довольно плохо соображал.
— Разъясняйтесь доходчивее, что конкретно у вас произошло?
— Меня обесчестили, Ваша светлость!
— Кто посмел?!
— Это случилось в стенах вашего дворца…
Владыка осёкся:
— Но здесь нет мужчин хм… достойных вашего внимания, — не с конюхом же она умудрилась связаться? Насколько он помнил, в своем дворце являлся единственным представителем мужского пола высокого происхождения.
— А как же Элар Хант? Ваш погонщик? Он мне казался вполне себе достойным…
— И вы с ним? Когда успели?!
Лицо девушки распухшее от слез приобрело пунцовый оттенок. Она снова зарыдала, только еще громче, чем прежде.
— О, меня выгонят из дома… Отец откажется от своей единственной наследницы…
— Раньше надо было думать! — разозлился Эльден. Черте что твориться вокруг, весь мир в одночасье сошел с ума.
Аристократка стихла и подняла на собеседника глаза полные слёз.
Ван Наанг смягчился:
— Я поговорю с ним. Он уважаемый человек, честный и ответственный и, несомненно, женится.
— Спасибо, повелитель… — девушка быстро поднялась и поспешила к выходу. Мужчина не видел, что фальшивые слёзы её тут же высохли, а на губах появилась торжествующая улыбка.
Владыка не стал дожидаться, пока гостья скроется из виду, создал портал прямо из зала заседаний из боязни, что явится с просьбами и своими проблемами кто-нибудь ещё. Терпение его иссякло, жутко хотелось спать… А еще посмотреть, вернулась ли его женушка, которая тоже успела уже на что-то обидеться. Нет, сначала он выпьет бренди, а потом уже займется поисками своей благоверной.
Открыв дверь, Аскольд удивился. Перед ним стояли два молодых парня, причем очень между собой внешне схожих и необыкновенно прекрасная рыжеволосая фея. Он несколько раз моргнул, вглядываясь в личико с бездонными зелёными глазами, и не мог отделаться от ощущения дежавю. Мистер Ловас явно когда-то видел уже эту красавицу, но это было… в прошлой жизни. Когда-то очень давно, но ведь девушка казалась юной, поэтому вряд ли они могли быть знакомы.
— Нас впустят или нет? Ночки у вас здесь в Гроезффорде, довольно прохладные я бы сказала! — Соня улыбнулась, видя ступор на лице мужчины. — Вы Аскольд Ловас?
— Да, а вы кто?
