В привычной будням суетеВдруг остановится мгновение:И мы, погрязши в глухоте,Услышим вдруг костра томление,Учуем аромат травы,Что скошена была не нами,И крик таинственный совы,И песню, спетую волнами…И этот миг вернёт нас в мирГармонии, красы и света,Где ветра ласковый зефирИ небо – синью первоцвета.<p>«Что хочешь, в жизни уготовь…»</p>Что хочешь, в жизни уготовь,Пошли любое провиденье,Хоть неизбывное мученье,Моя религия – любовь.Её лишь истово храня,Согласен даже на проклятье,На поруганье, на распятье,Любовь – религия моя.<p>«Любовь и Бог – едины в сердце…»</p>Любовь и Бог – едины в сердце —Нам испытания несут,Но если к ним открыта дверца,От бед и от тревог спасут…<p>«И вечер бел, и ветер вял…»</p>И вечер бел, и ветер вял,Гулять – сплошное наслажденье,Мороз звериный нрав унял,Жаль – ненадолго, в воскресеньеОпять до минус сорока,И месяц в небе, как ледышка,Насквозь продрогнет, а пока —Как после боя – передышка.<p>«Какой бы ни была погода…»</p>Какой бы ни была погода,Как говорят, «всё благодать».И плюс, и минус – эпизодыВ твоём решении – гулять.<p>«Скулит калитка на ветру…»</p>Скулит калитка на ветру,В труху изгнил замок-вертушка,Не бойся быть не ко двору —Давно бесхозная избушка.Не отпугнёт барбоса лай,В окне не дрогнет занавеска,Не пригласят к столу на чай,В стреху нежданная невестка —Берёзка бойкая пробилась…И так на сорок вёрст подрядЗемля отцов осиротилась.И лишь калиточки скулят.<p>«Да! Всё заброшенное горько…»</p>Да! Всё заброшенное горько:Калитки, избы и дворы,Почти догнившая моторка,От сорняков поля пестры…Но это жизни перепады,Возможно, вскоре зов сердец
