Откуда-то бредёт издалека.
Я знаю, как сражаются слова,
Чтобы успеть на строчке очутиться,
То стаей налетят они, как птицы,
То убегут,
чтоб вновь не появиться –
У всякого вскружится голова.
Истории не начатой конца
Поэт вначале сам, увы, не знает,
Чужой судьбы ещё не понимает,
И всё же терпеливо ожидает
Он возвращенья слова-беглеца.
Вот чистый лист, вот движется перо –
То заспешит, совсем не уставая,
То постоит, слова не узнавая,
То Арлекином прыгает, играя,
То сгорбится, как плачущий Пьеро.
* * *
Но вот позволено немного,
И предначертана дорога,
И всё, что будет, – решено.
За зимний лес, за летний сад,
За голос рощи соловьиной,
За то, что так неповторимо
Глаза любимые глядят,
За тот осенний листопад,
Что ярким золотом расцвечен,
За жаркий день и тёплый вечер,
За то, что нет пути назад,
За ту зелёную траву,
Что и под снегом не сдавалась,
Своей весны опять дождалась,
За то, что снится наяву,
За ту любовь, что не узнал,
Что потерялась по дороге,
За ту, о ком в ночной тревоге
Стихи несмелые писал,
За боль в груди и сердца стук,
За свет её очей прекрасных
И, в ожиданиях напрасных,
Дни не угаданных разлук,
За то, что многое дано,
За то и спросится до срока.
Сердцам не вынести упрека,
Но всё, что будет, – суждено.
СКАЗКИ, БАСНИ, БАЛЛАДЫ …
* * *
По свету белому скитался,
Свою любовь найти пытался,
Не зная, где она живёт.
Он у погасшего костра
Сидел ночами терпеливо,
Ведь так хотелось
стать счастливым,
Дождавшись нового утра.
А утром – снова путь далёк.
Но Дульсинея не дождалась,
Она к другой груди прижалась,
Не пустит даже на порог.
Зовёт и манит долгий путь.
Он снова с мельницами бьётся,
Любви, наверно, не дождётся,
И жизнь проходит как-нибудь.
Чуть-чуть сердечного тепла
Ему для счастья было надо.
Где ждет его любви награда?
Куда дорога увела?
Та, что в дорогу позвала,
Что может дать ему в награду?..
* * *
Но вертится упрямо колесо,
Оно меня сильнее, вот и всё,
И я об этом, к сожаленью, знаю.
Ах, мельница, ты сделана умело,
Хотя, возможно, чуточку стара,
И пусть тебе сдаваться не пора,
Я всё равно наехал очень смело.
Сломался меч у самой рукоятки,
Из лопастей не вытащить копьё,
Сраженье – это дело не моё,
И дома тоже всё почти в порядке.
Откуда-то желание берётся
Отправиться немедленно в поход. Мой старый конь заждался у ворот,
Он, как хозяин, тоже не сдаётся.
Я мельницам обиду не прощаю,
Трусцой вперёд, за милых сердцу дам,
Своей любви сегодня не предам.
Я бью копьём, мечом беду пронзаю.
* * *
Он зря отправился в поход,
Его никто уже не ждёт,
А седина своё берёт.
Уже в груди погас огонь,
В степи белеет верный конь,
Тупое сломано копье,
И ждёт привычно вороньё.
А завтра в тот далёкий путь
Ещё уедет кто-нибудь –
Красивый, стройный, молодой
Помчится смело за судьбой.
Как звать – и Карлос и Жуан.
Его оружье – не обман,
Разбойник, мельница, дракон –
Успех повсюду знает он.
Вернётся к нам издалека –
Сиянье глаз, тверда рука,
Принцессы даже без войны
Все полюбить его должны.
Ах, бедный, бедный Дон Кихот –
Его никто уже не ждёт.
Всегда лишь молодость права,
Прости, седая голова.
* * *
Неужто всё мое?
В серебряном тумане
Чуть светится копьё.
Ржавеет шпага в ножнах,
Доспехи не блестят,
И в беспорядке сложен
Весь боевой наряд.
На гвоздике пылится
И сбруя и седло,
Теперь уж мне не биться,
Всё время унесло.
Смеётся Дульсинея:
«Отстань, уж я стара,
Я песни не сумею
Дослушать до утра.
Какая серенада,
Когда хочу я спать,
Ведь завтра снова надо
По дому хлопотать.
А ты, бродяга пришлый,
Ступай к себе домой,
И как бы что не вышло
С седою головой.
Немного уж осталось,
Давай спокойней жить.
Да, жаль, что не досталось
Тебе меня любить.
Ты всё скакал по свету
И мельницы крушил,
Прошли зима и лето,
Ко мне ты не спешил.
И если просто честно
Об этом говорить,
То здесь тебе не место,
Пора и уходить».
Простилась Дульсинея,
Ушла и спит давно,
А я сижу, бледнею,
Смотрю в своё окно.
А за спиной, в чулане,
Всё сложено моё –
В серебряном тумане
Чуть светится копьё.
* * *
За речкою у нас по вечерам?
И кто из вас царевной Несмеяной
Однажды из вечернего тумана
С волшебною стрелою выйдет к нам?
Пока вы зелены и пучеглазы
И вроде заколдованы навек,
А что внутри – не распознаешь сразу,
И тайна эта не доступна глазу,
Простите, так устроен человек.
А что же мы? Выходим в чисто поле
И стрелы выпускаем наугад.
Кто их поймает – выйдет из неволи,
Откроются без страха и без боли
Дороги к человечеству, назад…
Напрасно все подруги громко, пьяно
За речкою кричат по вечерам.
Стрела попала нынче в Несмеяну,
Теперь она однажды из тумана,
Коль будет жить, конечно, выйдет к нам.
* * *
В довольно сносной конуре
И получала иногда
Кусочек хлеба без труда.
Герасим ласковой рукой
Оберегал её покой,
Хоть ничего не говорил,
Собачку эту он любил.
Так протекала жизнь её –
Мальчишки, ужин, вороньё.
Но в доме том не без забот
Давно уж барыня живёт.
Герасим верно служит ей:
