– Ну силы тьмы! Вы бы еще медведя за весло посадили!
– Клоты не звери. Кое в чем они даже поумнее нас. Если за рулевое весло держится клот, то кораблю ничего не грозит. Просто они не похожи на нас.
Шобо почесал затылок и с нотками неуверенности произнес:
– Тогда пусть идет сюда, на пир к его светлости тоже отправится. – Чуть подумав, прагматично добавил: – Но идти ему придется пешком, его лошадь не потянет… да и не подпустит.
– Что он там говорит про Удура? – громко шепнула Аня.
– Говорит, что местный людоед клотов тоже жрет.
Замок Олега не впечатлил. Вал высокий, ров глубокий, а вот стены совсем приземистые. Простой квадрат – без лишних изысков. В трех углах маленькие квадратные башенки, в четвертом башня огромная, круглая, по виду кладки понятно, что это строение новое. Габаритами и какой-то скрытой мощью она подавляла собой все остальные крепостные строения.
Солдаты, сопровождавшие «гостей», впечатлили побольше, чем замок. До этого Олег местных солдат вблизи видел лишь один раз, в прошлом году, когда те подошли на лодке, мечтая чем-нибудь поживиться. Впечатление они произвели нехорошее: вид как у мелких жуликов, пойманных с поличным. Амуниция и оружие отданы во власть гнили и ржавчины, статью обделены, грязные, пугливые. В общем, воинским духом даже не пахло.
Воины герцога были действительно воинами. Нет, на киношных супергероев они не походили – обычные мужики, без супернавороченных лат, без гипертрофированной мускулатуры, да и лица не квадратные. Но в них чувствовалась немалая боевая закалка, а уверенность, с которой они держались в седлах и небрежно сжимали пики, свидетельствовала о немалом мастерстве. Да уж, этим ребятам доспехи явно не жали.
Кавалькада прошла по подъемному мосту, втянулась в ворота. Внутренний двор замка Олега удивил – здесь не было никаких отдельных строений. Примыкая к стене, сплошной полосой тянулись какие-то хибары и сараи, окружая пустой квадрат дворика. Утрамбованного мусора и навоза здесь было столько, что не понять, замощен ли двор или просто земляной. Дух в замке стоял как в давно не чищенном хлеву, в мусоре копались свиньи и собаки, в той же грязи бегала детвора.
Рита, ловко спрыгнув с коня, разочарованно произнесла:
– Н-да… я представляла себе рыцарский замок несколько иначе…
– Ничего, – усмехнулся Олег, – пройдет лет пятьсот, и это время обрастет романтическими легендами.
– Ага… знакомо… «Дамы сердца» и «рыцари Круглого стола».
– Именно так. А о том, что эти дамы мылись два раза в жизни, а рыцари были просто бандитами, романы будут помалкивать. Я себя чувствую, будто на машине времени прилетел сюда.
Шобо замахал руками:
– Не стойте! Идите же за мной! Прямиком в пиршественный зал! Нас там давно и с нетерпением ждут!
Олег, слезая с коня, буркнул:
– Пошли, ребята… людоед нас ждет в столовой своей… с нетерпением…
Рыцарь повел землян к главной башне. Очевидно, помимо оборонительной функции, она еще служила обиталищем хозяина замка и местом проведения увеселительных мероприятий. Окованная дверь, напоминавшая крепостные ворота, со скрипом распахнулась перед носом Шобо, из мрака выступила парочка воинов с факелами в руках.
Обернувшись, Шобо осклабился:
– Проходите! Я рад видеть вас всех в моем родовом замке! Надеюсь, и вы этому рады и надолго запомните гостеприимство Гведена!
– Я думал, это замок герцога, – удивился Олег.
– Нет, что вы, Олег! Гведен, конечно, хорош, но до королевского величия немного недотягивает! Здесь правит мой отец, барон Эсведен, а я его старший сын и наследник! Ну что вы медлите! Идите же за мной скорее!
Винтовая лестница привела землян на второй этаж башни – это и был пиршественный зал, причем пир уже начался… и, похоже, давно. По нештукатуреным стенам кое-как, хаотично и без вкуса, кто-то развесил знамена, драные гобелены, щиты, ржавое оружие, кое-где торчали чадящие факелы. В огромном камине, несмотря на жаркий день, бушевало пламя, обугливая бока туши теленка. Если бы не пламя камина и не свет от факелов, то, несмотря на то что солнце еще не село, здесь царил бы мрак – окон не было, лишь узкие амбразуры, да и те зачастую закрыты дощатыми ставнями.
Ковров в рыцарском замке тоже не наблюдалось – каменный пол небрежно присыпан истоптанным, грязным камышом. По всему периметру круглого зала стояли дощатые длинные столы и лавки. Деревянное кресло было лишь одно – за самым дальним от входа столом. За столами и под столами пребывало несколько десятков человек. Судя по всему, пировать сели очень давно, похоже, даже не сегодня, и пир дошел до кризисной стадии – остановился сам собой. Лишь двое осоловевших до стадии «полный мрак» мужчин пытались продолжить праздник. Один сидел как раз в том кресле, второй занимал позицию по правую руку от него. Причем место по левую руку также было занято – оттуда торчали две ноги опрокинувшегося на спину рыцаря.
Красивая картина.
