— Задача с подвохом, — сказал я, наблюдая, как они продвигаются по дну ущелья, — думается мне, будет еще какой-нибудь подвох.
— Чего тут думать? — Возразил сразу Сеня, — спустимся и задержим. Гля. Они ж безоружные!
— Нельзя, — покачал я головой. — Спустимся всем скопом, обязательно побегут в ущелье. Тогда придется их догонять.
— Уйдут, — справедливо рассудил Валера, поправляя шапку.
— Уйдут, — согласился я. — Сделаем хитрее. Подберемся скрытно, окружим и возьмем. Знач так. Мы с Димой опередим их по хребту ущелья. Вы двое остаетесь тут. Будете наблюдать и слушать. Как только увидите, что мы спускаемся, тоже начнете пробираться вниз. Скрытно. Возьмем с двух сторон, как в клещи. Всем ясно?
Сеня глянул на меня недоверчиво. Потом уставился на Валеру, тот кивнул.
— Отлично. Тогда погнали.
С этими словами я быстро, пригнувшись, пошел вперед, стараясь опередить наших нарушителей, и при этом остаться незамеченным. Дима шел следом. Перед этим он бросил Сене:
— Только опять чего не выкинь. Глупость какую-нибудь.
Сеня в ответ только гневно засопел.
Мы с Димой продвигались сверху. Оба мы старались прятаться за большими валунами и природными гребнями хребта. Старались не выдать свое расположение условному противнику.
Последние же, топали внизу и, кажется, даже скучали. Еще бы. Какой мы у них сегодня наряд? Третий? Седьмой?
В общем, нарушители ничем не выдавали своих намерений нарушить хоть что-нибудь. Они спокойно прогуливались и даже не глядели в нашу сторону. Казалось, кто-нибудь из них вот-вот закурит и присядет на ближайший валун, закинув ногу на ногу.
Однако ситуация виделась мне обманчивой. Машко уже нас дезинформировал о количестве нарушителей. Стоило ожидать еще какой-нибудь подвох.
Мы с Димой опередили обоих и засели сверху. Потом по моему сигналу, стали скрытно пробираться вниз, держа наготове АК без магазинов.
Краем глаза я увидел, как и остальной наряд из Сени и Валеры принялся спускаться вниз, заходя за спины ничего не подозревавшим нарушителям.
Оказавшись почти на дне, мы с Димой засели за большим камнем. Я решил подпустить двух нарушителей поближе. Когда, по моему мнению, настал подходящий момент, я показался из-за камня. Оба условных нарушителя остолбенели.
— Стой! — Крикнул я и передернул затвор. — Брось!
Нарушители оказались фактурными. Один был высокий и широкоплечий. В прорези его «маски» блестели светлые глаза. Другой, низенький и худой держал в руках какую-то сумку с непонятным содержимым.
И обоих я почти сразу узнал. Первым был старший сержант Антон Фрундин, тот самый белобрысый парень, что командовал нами на марш-броске. Вторым же оказался не кто иной, как Бодрых. Последний повиновался и немедленно кинул сумку себе под ноги.
С обратной стороны уже бежали, топоча сапогами, Сеня с Валерой. Приблизившись, оба вскинули автоматы.
— Руки вверх! — Крикнул Дима.
Оба нарушителя, как по учебнику подняли рук.
— Повернуться! На три шага назад! — Закричал я, действуя в точности по пограничным инструкциям.
Оба без проблем повернулись и отошли от сумки. Все шло слишком легко, и у меня это вызывало все больше подозрений.
— Вяжи им руки!
Валера повесил автомат за спину и достал из подсумка ремни, чтобы связать нарушителей. Не успел он приблизиться к белобрысому Антону, как тот тут же схватил его за одежду и бросил через бедро.
— Сука! — Крикнул Дима, не зная, что делать.
А вот и оно. Сержанты прекрасно понимали, что оружие мы не применим, и решили оторваться по полной, вступив с нами врукопашную.
Я бросился на Антона. Дима — следом. Когда мы с белобрысым сцепились, боковым зрением я увидел, как Бодрых ловко обошел Диму, подставил ему подножку и завалил на землю, встал над ним, как бы торжествуя.
Антон был крупным парнем. Выше меня сантиметра на три, весил он точно килограммов на пять больше. Был шире в плечах. Тем не менее я не собирался ему уступать.
Потоптавшись в клинче несколько секунд, Я хитро ушел в сторону, схватил его за одежду и подставил ногу. Фрундин рухнул через мой сапог, но в последний момент схватился за мой китель, стараясь удержаться на ногах. Вместо этого он повалил меня следом. Оба мы упали в пыль и песок.
В этот самый момент я мельком видел, как Сеня бросился на Бодрых. Он схватил его сзади, обвил руками и сцепил на груди пальцы в крепкий замок. Потом попытался поднять, чтобы бросить на землю.
Учитывая разницу в комплекции, я не сомневался, что у Лопина получится такой фортель.
— Лежать! — Крикнул я, оказавшись верхом на старшем сержанте и уперев приклад ему в лицо, — не двигаться!
В следующий момент бабахнуло. Эхо выстрела пробежало по всему ущелью. Что-то теплое угодило мне в лицо, замазав глаза, шею и одежду на груди. Спустя полсекунды, я понял, что это была кровь. Проморгавшись, я увидел, что Бодрых падает на землю. Шея его, под левым ухом, открылась словно книга. Из раны хлестал красный фонтан.
Ошарашенный произошедшим Сеня Лопин грохнулся на спину. Бодрых тут же оказался на нем. Сеня закричал, стал выбираться из-под сержанта. Кровь толчками выбивалась из шеи Гриши, заливала лицо Семену.
