Причем провалы обеих операций отразились на «Призраках» не лучшим образом.
Тарик понимал — советы уже достаточно знают о том, что же затеяли «Призраки». Судя по характеру действий разведки противника, они осведомлены и о «Пересмешнике».
Последнее, впрочем, Тарика не сильно удивляло. Наивно было полагать, что операция останется в полнейшем секрете, когда враг, которому они противостоят, этот «Советский Медведь», так силен. Когда с той стороны работают ГРУ и КГБ.
Тарик понимал, что вся игра теперь сводится к тому, кто будет действовать быстрее: Пакистан или же Советский Союз.
Хан полагал, что Пакистан.
Тарик Хан глянул на Захида Хайдера — радиста, присевшего у советской трофейной рации Р-105М.
Молодой радист, носивший позывной «Змей», прижимал к ушам гарнитуру. Слушал.
Тарик его не перебивал. Он терпеливо ждал, что же молодой радист сможет узнать. Хотя они и так уже знали достаточно много.
«Призраки» знали о том, что на заставу «Шамабад» прибыло новое командование. Знали, что это командование достаточно неопытное и молодое. А еще знали, что у него, у этого командования, возникли определенные трудности с управлением заставы.
Разведчики «Призраков» не один день скрытно перемещались по приграничной территории. Они следили, наблюдали за советскими войсками. Слушали их радиопереговоры.
Тарик знал, что недавно с заставы сняли усиление. Знал, что почти треть бойцов, причем опытных, демобилизовались, а на их место пришли зеленые желторотики.
Знал, что именно это и заставило нового начальника сократить наряды в количестве бойцов, чтобы использовать всех оставшихся солдат второго года службы. Размазать их тонким слоем по участку границы в надежде прикрыть его.
Знал так же, что разведчики несколько раз замечали укрупненные наряды пограничников, передвигавшихся по пограничной тропе скрытно, а еще бессистемно.
И все же нередко эти укрупненные наряды занимали место неподалеку от маячков-излучателей. Было ли это случайностью или же советы что-то знали о маячках, Тарик не знал.
А когда он не знал, то предпочитал трактовать свои сомнения в худшую сторону.
«Если они размещали свои секреты рядом с маячками, — подумал Тарик, — значит, они наверняка что-то знают. По крайней мере, это стоит держать в голове».
Сейчас, в настоящий момент, «Призраки» разместились на всем протяжении участка Шамабада. Малые группы по три-четыре человека засели тут и там, готовые в любой момент приступить к исполнению боевой задачи.
Всего таких групп было пять. Разумеется, не считая самой многочисленной, из семи человек, которую возглавлял лично Тарик.
Возглавлял, но не должен был. По крайней мере, если бы не «Он».
Когда Тарик заметил две тени, спускавшиеся вниз по травянистому холму — обратной стороне «Красных Камней», — то нахмурился.
— Железный Шер возвращается, — кисловато проговорил «Скальпель», лежавший на земле за спиной Тарика Хана.
Хан обернулся. Его черное от маскировочного грима лицо казалось зловещим. Только глаза блестели в темноте. Блестели, словно злые звезды.
«Скальпель» глянул на Тарика. Расслабленное лицо санитара вдруг напряглось. Он вынул изо рта травинку, которую пожевывал все это время. Отбросил ее в сторону.
— Всем быть наготове, — хрипловатым, грубым голосом тихо проговорил Хан. Потом обернулся к «Змею». — Сержант, ты что-нибудь слышишь?
— Нет, сэр, — покачал головой «Змей», а потом снова вслушался в динамики рации, стараясь выцепить что-то полезное на радиоканале советских пограничников.
— Продолжай слушать, — сказал Тарик, всматриваясь во все приближающиеся тени.
Два бойца аккуратно и тихо спустились к позициям «Призраков». Оба подсели к Тарику.
— Докладывай, — буркнул Тарик «Химере».
Тот было попытался раскрыть рот, но его опередил второй боец.
— А нечего тут докладывать, — проговорил подполковник Акрам Зия глубоким, низким голосом, — все спокойно, майор. Мне только одно не ясно…
Тарик не вздохнул, хотя ему очень хотелось. Он только устало уставился на Акрима Зию, который носил позывной «Железный Шер».
Как уже говорилось, последние неудачные операции не прошли для «Призраков» даром. Начальство было недовольно результатом. И, что стало для Хана сюрпризом, усомнилось в его тактической гениальности.
Осторожность и осмотрительность Хана показалась руководству ISI нерешительностью. А затянутость миссии по изъятию капсулы с советской заставы — прямым доказательством того, что «Тарик уже не тот».
Потому в «Призраках» и появился «Железный Шер» — офицер, приставленный к Хану личным комиссаром, чтобы наблюдать за его действиями. Чтобы курировать дальнейшее развитие миссии.
— …Мне только одно не ясно, — продолжал Акрам Зия, — почему ты все еще не действуешь?
Акрам Зия был потомственным военным. Воином в третьем поколении. Это был крупный, широкоплечий и подтянутый, несмотря на возраст, мужчина. У него было грубое, морщинистое лицо и колкие, проницательные, словно у орла глаза. «Орлиный» образ подчеркивал и крупный крючковатый нос, который «Железный Шер» спрятал сейчас арафаткой.
