Но я тоже была не из робкого десятка. Скрестив руки на груди, поинтересовалась:
– Какого чёрта? Почему я здесь и что вчера произошло? Вы накачали меня какой-то дрянью?
Почесав накаченную грудь, Эттвуд с усмешкой уставился на чёрный бантик на моих стрингах.
– Тебя не нужно ничем накачивать. – Он склонил голову вбок и отпил из стакана, по-прежнему глядя мне между ног. – Ты девочка способная и нехило надралась самостоятельно.
– Я? – Глубоко вдохнула и не выдохнула, от возмущения надувшись как шарик. – Я умею пить.
– Да, я это понял, когда вчера волок тебя пьяную домой, – безразлично фыркнул он.
– Твоя подружка, Вивиан, чем-то меня опоила.
Даже самой себе не хотелось признаваться, что действительно напилась до полного беспамятства.
– Зачем?
– Что зачем?
– Зачем Вивиан понадобилось тебя спаивать?
Я не знала зачем, и ответила первое, что пришло в голову:
– Чтобы освежевать и сожрать, вот зачем.
Габриэль громко расхохотался, по-прежнему не отводя глаз от моих ног.
– Может, мне снять трусы? – перенервничав, рявкнула я.
– Снимай. – Габриэль поднял голову и, глядя мне в глаза, облизал губы. – Отработай вчерашнее пятно на моих брюках. И тот бардак, что устроила, пока я пытался уложить тебя в постель.
Я орала во всё горло. Качалась из стороны в сторону, пока Эттвуд старался открыть дверь в квартиру.
– Хочешь анекдот?
– Нет.
Замок наконец щёлкнул, и на лице Габриэля отразилось облегчение. Схватив меня за шиворот, он потянул на себя, но я споткнулась и полетела вниз. Не достигнув конечной цели, взмыла вверх на руках Эттвуда и икнула.
– Знаешь, почему Жан-Пьер всё никак не женится на Жаклин? – решила я начать с козырей и самого тупого анекдота в истории человечества.
Ощутив под задницей и поясницей крепкие мужские руки, я довольно улыбнулась. Судя по всему, Габриэлю было не так весело, как мне. Сбросив меня на диван, он прошагал в ванную, чтобы снять грязную рубашку.
– Придётся их выбросить, – раздражённо фыркнул он, стягивая испачканные моим обедом туфли.
– Потому что она заикается! – прохрюкала я, свалившись с дивана. Заприметила бутылку виски на барной стойке и ползком отправилась на поиски приключений.
– Сильно заикается? – как-то не очень охотно осведомился Эттвуд под шум воды.
В комнате царила полутьма. Тонкая полоска света из коридора еле-еле подсвечивала тяжёлый путь к склянке с янтарным зельем. Приподняться с пола и дотянуться до бутылки удалось не с первого раза. Лишь на третьей попытке получилось уцепиться за стул и дотянуться рукой. Но вот же блин! В какой-то момент перед моими глазами предстали два разъярённых лица Габриэля, и пришлось резко тряхнуть головой, чтобы собрать картинку воедино. Осколки бутылки и разлитый по полу виски дополняли образ городской сумасшедшей.
– Так сильно заикается, что не может ответить «да», – с виноватой улыбкой икнула я.
– Я сейчас позвоню в полицию. Расскажу им о том, что вчера случилось.
– Звони. – Со скучающей физиономией Габриэль вздохнул и, отставив стакан, сложил руки на ремне. – У тебя же есть телефон?
И тут я осознала, что стою в трусах и топике, а сумки и телефона нигде нет. Дерьмо. Сколько ещё раз я буду встречаться с Габриэлем в таком виде?
