Перед спутниками стояло крупное животное, с которого словно содрали шкуру: сухожилия и суставы покрывала туго натянутая матовая оболочка, похожая на желудок овцы. Окутанный лунной тенью, ростом и очертаниями зверь напоминал быка, но с волчьей головой и темнее, хотя создавалось впечатление, что он почернел от огня, а не благодаря естественному цвету шерсти и плоти. У зверя были массивные челюсти и глаза рептилии.
Сэр Гавейн продолжал хохотать себе под нос.
— Когда я спускался в этот мрачный тоннель, моё воображение готовило меня к худшему. Однажды на болотах Думума мне пришлось сразиться с волками о головах отвратительных ведьм! А на горе Кулвич — с двухголовыми ограми, блюющими на тебя кровью, не прерывая боевого клича! Теперь же перед нами просто злая собака, разве что размерами побольше.
— Однако, сэр Гавейн, она преграждает нам путь на свободу.
— Преграждает, верно. Поэтому мы можем пялиться на неё пару часов, пока в тоннель у нас за спиной не спустятся солдаты. Или поднять ворота и сразиться с нею.
— Я склонен думать, что наш неприятель опаснее свирепой собаки, сэр Гавейн. Прошу вас, не выдавайте желаемое за действительное.
— Я старый человек и машу мечом уже много лет. Однако моя рыцарская выучка никуда не делась, и, если это земная тварь, я её одолею.
— Посмотри, Аксель, — сказала Беатриса, — как она следит за мастером Эдвином.
Эдвин, на удивление спокойный, ходил то влево, то вправо, постоянно оглядываясь на зверя, чей взгляд следовал за ним.
— Собаке нужен мальчишка, — задумчиво произнёс сэр Гавейн. — Может статься, что это чудовище — драконье отродье.
— Какова бы ни была его природа, — заметил Аксель, — оно ждёт наших действий с удивительным терпением.
— Вот что я предлагаю, друзья мои. Мне претит использовать мальчика-сакса, словно связанного козлёнка в ловушке для волков. Однако он кажется храбрым малым, и оставаться здесь безоружным для него опасно не меньше. Пусть он возьмёт свечу и встанет там, в глубине комнаты. Тогда, если вам, мастер Аксель, удастся поднять решётку, возможно, с помощью своей любезной жены, зверю ничто не помешает пройти внутрь. Мой расчёт в том, что он сразу бросится к мальчику. Зная, куда он побежит, я останусь на месте и сражу его, когда он будет мчаться мимо. Одобряете план, сэр?
— План отчаянный. Однако я тоже боюсь, что солдаты скоро обнаружат тоннель. Поэтому давайте попробуем, сэр, и пусть нам с женой придётся обоим повиснуть на этой верёвке, мы сделаем всё, чтобы поднять ворота. Принцесса, растолкуй мастеру Эдвину наши намерения, и давайте посмотрим, согласится ли он.
Но похоже, Эдвин понял стратегический замысел сэра Гавейна без единого слова. Взяв у рыцаря свечу, мальчик отмерил по усыпанному костями полу десять больших шагов, пока снова не оказался в тени. Когда он повернулся, свеча у его лица почти не дрожала, освещая сверкающие глаза, пристально глядящие на тварь за решёткой.
— Давай быстрее, принцесса. Залезай мне на спину и попытайся достать конец верёвки. Видишь, вон она болтается.
Поначалу супруги чуть не рухнули. Но потом они стали использовать колонну в качестве опоры и сделали ещё несколько попыток, и наконец Аксель услышал слова Беатрисы:
— Я её поймала. Отпусти меня, и она потянется вниз вместе со мной. Только лови меня, чтобы я не упала.
— Сэр Гавейн, — тихо позвал Аксель, — вы готовы?
— Готовы.
— Если зверь проскочит мимо вас, храброму мальчику придёт конец.
— Знаю. Он не проскочит.
— Медленно опускай меня вниз, Аксель. Если я всё ещё буду висеть, хватайся за меня и тяни вниз.
Аксель отпустил Беатрису, и та повисла в воздухе, её веса не хватало, чтобы поднять решётку. Потом Акселю удалось ухватить свободную часть верёвки, за которую она держалась, и они потянули вместе. Поначалу ничего не происходило, но потом что-то подалось, и решётка, дрогнув, поползла вверх. Аксель продолжал тянуть, и, не имея возможности увидеть результат, громко спросил:
— Сэр, решётка уже высоко?
Последовала пауза, после чего голос сэра Гавейна ответил:
— Собака смотрит в нашу сторону, и нас с ней ничто больше не разделяет.
Обернувшись, Аксель выглянул из-за колонны как раз вовремя, чтобы увидеть, как зверь ринулся вперёд. Когда старый рыцарь взмахнул мечом, его лицо в лунном свете исказилось от ужаса, но взмах запоздал, и тварь проскочила мимо, явно нацеливаясь на Эдвина.
Глаза мальчика расширились, но свечу он не уронил. Вместо этого он отступил в сторону, словно из вежливости, давая зверю проскочить мимо. И, к удивлению Акселя, тварь именно это и сделала, скрывшись в темноте тоннеля, из которого они сами недавно вышли.
— Я подержу верёвку, — крикнул Аксель. — Бегите за ворота, спасайтесь!
Но ни стоявшая рядом с ним Беатриса, ни сэр Гавейн, уже опустивший меч, не обратили на него внимания. Даже Эдвин явно потерял интерес к ужасной твари, проскочившей мимо него и, несомненно, готовой в любой миг вернуться. Мальчик, держа свечу перед собой, подошёл туда, где стоял старый рыцарь, и они вместе уставились в пол.
