— У тебя зоркий глаз. Теперь послушай внимательно. — Вистан подошёл ближе и понизил голос. — Бьюсь об заклад, что это место — не только старая башня, а всё, что теперь называют монастырём, было когда-то горной крепостью, которую наши саксонские предки воздвигли в годы войны. Поэтому тут много хитрых ловушек, чтобы как следует встретить нашествие бриттов. — Воин отошёл в сторону и медленно обошёл площадку по краю, глядя на ров внизу. В конце концов он снова посмотрел вверх и сказал: — Представь, что это крепость, мальчик. После долгой осады оборона прорвана, враг хлынул внутрь. С ним бьются в каждом дворе, на каждой стене. Теперь представь. Во дворе снаружи двое наших братьев-саксов удерживают большой отряд бриттов. Сражаются они храбро, но враг слишком велик числом, и нашим героям приходится отступить. Давай предположим, что они отступают сюда, в эту самую башню. Перебегают через мостки и готовятся встретить врага лицом к лицу на этом самом месте. Бритты уже уверены в победе. Они загнали наших братьев в угол. Размахивая мечами и секирами, они спешат по мосту к нашим героям. Наши храбрые родичи отбивают первых нападающих, но скоро им приходится отступить дальше. Посмотри туда, мальчик. Они отступают по тем круговым лестницам вдоль стены. Но через ров переходит ещё больше бриттов, пока то место, где мы стоим, не заполнится целиком. Однако число не даёт бриттам преимущества. Потому что наши отважные братья сражаются на лестнице плечом к плечу, и захватчикам ничего не остаётся, кроме как выставлять против них лишь двоих воинов за раз. Наши герои ловки в бою, и, хотя им и приходится отступать всё выше и выше, захватчики не могут их одолеть. Бритты падают, поверженные, их место занимают другие, и тоже падают. Но наши братья устали. Они отступают всё выше и выше, захватчики преследуют их, ступенька за ступенькой. Но что это? Что это, Эдвин? Неужто наши родичи всё-таки пали духом? Они поворачиваются и пробегают оставшиеся витки лестницы, лишь изредка отвечая на один-другой удар. Это явно конец. Бритты торжествуют. Те, что смотрят снизу, улыбаются, точно голодные перед пиром. Но смотри внимательно, мальчик. Что ты видишь? Что ты видишь, пока наши братья-саксы приближаются к тому небесному нимбу? — Схватив Эдвина за плечи, Вистан развернул его, указав на зияющую наверху дыру. — Говори, мальчик. Что ты видишь?
— Наши братья устроили ловушку, сэр. Они отступают наверх только затем, чтобы увлечь за собой бриттов, как муравьёв в горшок с мёдом.
— Хорошо сказано, парень! И что же это за ловушка?
Эдвин на секунду задумался.
— Воин, там, где лестница почти доходит до самого верха, отсюда видно что-то, похожее на нишу. Или это дверь?
— Хорошо. И что, ты думаешь, за ней скрыто?
— Может быть, дюжина храбрейших воинов? Тогда вместе с двумя нашими братьями они смогут пробить себе путь обратно, чтобы сразиться с теми бриттами, что остались внизу.
— Подумай хорошенько, мальчик.
— Ну, тогда свирепый медведь. Или лев.
— Мальчик, когда ты в последний раз видел льва?
— Огонь. За той нишей горит огонь.
— Хорошо сказано, мальчик. Всё это случилось очень давно, и нам никогда не узнать, как было на самом деле. Но бьюсь об заклад, именно это и ждало их наверху. В той маленькой нише, которую отсюда еле видно, за стеной пылал факел, а может, два или три. Что дальше, мальчик?
— Наши братья бросают факелы вниз.
— Как, на голову врагу?
— Нет, воин. В ров.
— В ров? С водой?
— Нет, воин. Ров наполнен дровами. Такими же, как те, которые мы рубили, пока не взмокли.
— Именно, мальчик. И до восхода луны нарубим ещё больше. И нам нужно раздобыть побольше сухого сена. Труба, говоришь. Ты прав. Мы стоим в печной трубе. С этой целью наши предки её и построили. К чему ещё здесь башня, если с верхушки не видать ничего, кроме наружной стены? Но представь, мальчик, что сюда, в так называемый ров, падает факел. И ещё один. Когда мы обходили башню, я увидел, что сзади, у самой земли, в кладке есть отверстия. Это значит, что сильный восточный ветер, как сегодня ночью, ещё больше раздует пламя. И как же бриттам избежать адского пекла? Вокруг них — крепкая стена, на свободу ведёт только узкий мост, а ров полыхает огнём. Но давай уйдём отсюда. Возможно, этой старинной башне не понравится, если мы разгадаем слишком много её секретов.
Вистан повернулся к доскам, но Эдвин продолжал глазеть вверх, задрав голову.
— Воин, но как же наши храбрые братья? Им придётся сгореть в пламени вместе с врагом?
— А коли и так, разве не славная вышла бы сделка? Но, быть может, нужды в этом и не было. Может быть, наши братья, преследуемые раскалённым жаром, бросились к краю стены и спрыгнули вниз. Смогли бы они это сделать, а? Без крыльев-то?
— Крыльев у них нет, но их товарищи могли поставить под башней телегу. Телегу с сеном.
— Возможно, мальчик. Кто знает, что бывало здесь в давние времена? Хватит морочить себе голову, давай-ка нарубим ещё дров. До лета ещё далеко, и этим славным монахам предстоит не одна холодная ночь.
